Триктрак

– Что да?

– Да. Получше,

– А я было подумал ты насчет «у-узнать», – протянул Лёня, усмехнувшись.

Асе хотелось, чтобы он поскорее ушёл, слишком сильно было её смятение. Она подошла к столу, выдернула вилку магнитофона из розетки и взялась за массивную пластмассовую ручку.

– Э-э… давай я, – Лёня шагнул, чтобы помочь, она рванулась в сторону, но, конечно, не в ту, и столкнулась с ним, ударившись плечом. Он подхватил её за талию, словно только и ждал подобного момента, и прижал к себе.

«Я без лифчика и в ночной рубашке…», – в ужасе подумала Ася, но замерла от ощущений, обрушившихся на неё, словно струи водопада.

Серая в рубчик влажная ткань его пальто, в которую она уткнулась носом, пахла дождём, уже знакомым одеколоном и еще чем-то, мужским. «Нос распухший, и губа треснула!» – вспомнила она и рванулась.

– Отпусти…

– А если нет? – прошептал он ей в ухо, обжигая щеку горячим дыханием.

– Сейчас Лёля придет… – пробормотала она. – И я заразная… наверно.

– Ну и что?

– А тебе всё равно? Всё равно кто? Ты же здесь с Ларисой был!

Ася вырвалась из его рук, запахнула плотнее халат.

– Это несерьёзно… – произнес он, ничуть не смутившись.

– Меня это не касается! – зачем-то заключила Ася, сама не зная, что же её не касалось – его неразборчивость или объятия.

Лёля, вошедшая в комнату в сей исторический момент, появилась как нельзя вовремя, помешав Асе наговорить глупостей, о которых придётся пожалеть. Впрочем, кое-что она всё-таки успела сказать.

Что это было? Насмешка? Невольный порыв? Случайность? Череда вопросов подобного рода не давали покоя Асе, сцена столкновения у магнитофона прочно застряла в голове и в теле, словно на грязновато-бежевой стене комнаты рядом с фотографией Боярского, вырезанной из журнала, постоянно крутили один и тот же кинокадр – она в объятиях Акулова.

На следующий день в комнате собралась компания девчонок поболтать и посмотреть очередную серию «Трёх мушкетеров». Притащили банку огурцов домашней засолки и буханку бородинского хлеба.

Ели огурцы с хлебом, обсуждали сладкоголосого Д’Артаньяна, и его роли в питерском театре; Констанцию Бонасье и самую красивую актерскую пару Союза; отъезд однокурсника в Израиль; слухи о том, что завтра в Пассаже выбросят финские сапоги, и просто хохотали без причины так, как можно хохотать в двадцать с небольшим, когда жизненные силы рвут тонкую кожу внешних неурядиц.

– Лёлька, мне нужны сапоги! – заявила Ася, после того как девчонки разошлись по своим комнатам.