Принц

Водружаю на столик поднос с кофейником, чашками и сахарницей, в которой удачно завалялось целых пять кусочков рафинада, и вазочкой со столь же удачно не съеденными с утра тремя песочными печеньями.

– Ко-фе? – повторяет он напряженно, словно пытается вспомнить, слышал ли когда-либо о таком напитке.

Отмечаю, что ведет он себя совсем не агрессивно, более того, даже несколько растерянно, что совсем не вяжется с его грозным видом и облачением. Решаюсь предложить ему присесть на диван.

– Что за яства, леди Мария? И где есть ваша служанка?

– Кофе… печенье. Вам с сахаром или без? К сожалению, у меня нет молока… э-э-э… служанка должна принести, что-то задерживается.

Подхватываю ложечкой кусок сахара и, не дождавшись рыцарского согласия, бросаю в его чашку, он следит за моими движениями, как завороженный.

– Пейте же, – протягиваю ему чашку.

Мне нужно что-то говорить и что-то делать, чтобы остановить этот процесс медленного умопомешательства. Он берет чашку, двигает скулами, смотрит на меня вопросительно, но ничего не спрашивает. Затем говорит, очень медленно и торжественно:

– Я предан вам, великолепная леди Мария! – и выпивает кофе одним глотком, словно водку.

– Я не очень хорошо умею варить кофе, – оправдываюсь я, хотя на лице эрла не вздрагивает ни один мускул.

– Это вкусно, – лицемерит он, вытирая рот тыльной стороной ладони, перстни блестят красным и зеленым камнями.

– Попробуйте печенье, очень вкусное, – продолжаю с надрывом играть роль гостеприимной хозяйки.

Рыцарь важно достает из протянутой мною вазочки печенье и отправляет его вслед за кофе.

– Леди Мария… – начинает он, но его прерывает дверной звонок.

Эрл вопросительно смотрит на меня.

– Что есть сигнал, леди Мария?

– Это сигнал в дверь, наверное, пришла служанка.

Иду в прихожую, стараясь не рвануть туда бегом. За дверью стоит соседка-активистка Изольда Борисовна.

– Маша, ты знаешь, что у нас под окнами в сквере привязана лошадь? – как обычно с места в карьер начинает она.