Рейджскрим

Здесь ты не встречала никаких странностей, и не встретила бы, города защищены от них. С твоего рождения вашу семью отправили туда, твой отец знал, что может произойти, если покинуть Ньюмолд, а твоя мать… Она родилась и всю свою жизнь жила в Ньюмолде. Она не знала о том, кем может стать ее ребенок. О том, в какой на самом деле стране она живет, она узнала только после твоего рождения. И она многого все еще не знает. Хотя твои родители старательно оберегали тебя от правды…

– Постой, Кэтрин. Кто я? Я опасна? Ведьма?

– Я не знаю! Таких, как ты мало, и, когда они начинают проявлять себя, их либо уничтожают, либо, если успевают, скрывают.

– Как это «проявлять себя»? Бьют стаканы силой мысли что ли? – я посмотрела на Дилана. Он стоял, уткнувшись в пол, и молчал. Видимо, все действительно серьезно.

– Я знаю, что вы не справляетесь с силой, заложенной внутри вас. Только поэтому вас считают опасными…

– Но! Говорят, что это можно контролировать, по крайней мере, есть человек, который смог сдержать эту силу.

– Но… Тсэй очень далеко, у нас нет денег… Или уже есть? За эти два дня сна могло произойти что угодно… Мама знает? Или я еду одна?

– Рейдж… На земле всего пять человек, как ты, вас знают по имени… Я хочу сказать, что идти придется пешком, – отвечала Кэтрин.

– Ты не идешь одна, я иду с тобой! – перебил Томас, – Это опасно, в любом случае, одной тебе не справиться.

– Я с вами, я тоже за тебя переживаю! Надеюсь, ты не считаешь меня слугой тьмы, за то, что не рассказала тебе всего – улыбнулась Кэтрин.

Почему—то все посмотрели на Дилана, он все еще смотрел в пол. Он будто бы почувствовал наши взгляды и произнес, взглянув на нас:

– Что за вопрос? Я с вами! Вы же не подумали, что я останусь, и буду протирать штаны, пока вы все в опасности?

– В опасности? – недоумевала я.

– Вчетвером нет, – ответила Кэтрин.

– Когда отправляемся?

– Как только тебе станет лучше, – сообщила Кэтрин.

– Мне уже лучше.

– Тогда выходим через три дня, нужно еще собраться, – сказал Томас.

В голове вертелась тысяча мыслей, я не знала, какой вопрос еще задать, я не знала, как будет завтра, что будет через три дня. Я не знала ничего. Мы принялись перекусывать все вместе, разговаривали, обсуждали дорогу, а я боялась лишний раз пошевелиться, чтобы не разбить чего-нибудь еще.