В объятиях русалки

Тогда он будет ставить палки в колеса сыщику из России.

– Кроме нас, о нашем расследовании не узнает ни одна живая душа, – твердо заявил оперативник.

Она кивнула:

– А ты не можешь сам пойти в прокуратуру, представиться адвокатом Виолы и запросить дела? Насколько я помню, ты не обязан выкладывать все на блюдечке с голубой каемочкой.

Молодой человек усмехнулся:

– Они потребуют удостоверение и расколют меня в два счета.

Подруга запустила руку в волосы:

– Понимаю. Дай-ка сообразить…

Девушка молчала минуты три, потом хлопнула в ладоши:

– Ну, конечно, как же я сразу не додумалась! Обо всех подобных случаях пишет наша газета «Вестник Южноморья», а одна журналистка, Лена Барышева, всегда проводит свои расследования.

– Почему? – поинтересовался Леонид.

– Потому что вечно лезет туда, куда не просят.

Сомов улыбнулся. Именно такой была и жена его друга Костика Скворцова, Катя Зорина.

– Как же мне найти эту Лену?

– В редакции, находящейся вон в том домишке, – Рита показала пальцем на старое одноэтажное строение и усмехнулась. – Только не воображай крутой офис. У нас бедные спонсоры, и газета ютится в подвале. Кабинет журналистки оставляет желать лучшего.

Леонид взглянул на часы. Сами того не заметив, молодые люди проговорили три часа. Тело Виолы, разумеется, уже нашли.

Мужчина поднялся со скамейки:

– Пойду пообедаю, а потом наведаюсь к этой, как ее…

– Елене Барышевой, – ехидно заметила Рита.

Он подмигнул:

– Постараюсь. Да и как можно влюбиться в другую, если перед глазами постоянно мелькает такая фея, как ты?

Она покраснела:

– У тебя есть девушка в Приреченске?

Парень задумался:

– Не знаю, как ответить. Но в данный момент, кажется, скорее нет, чем есть.

Рита щелкнула языком:

– Ты все еще по ней сохнешь. Бывшая невеста?

– Да.

Подруга одернула подол платья:

– Не горюй.

Он промолчал, заметив, что это не очень приятно его знакомой. Но как ответить на подобный вопрос? Та, приреченская Рита, еще не забыта, с ней так много связано. И вообще, только богу известно, как повернутся события.

– Вечером я приду и узнаю, как у тебя дела, – девушка развернулась и пошла по аллее. Ее неестественно прямая спина и слишком твердая походка говорили о том, что она затаила обиду.