В объятиях русалки

– Ну и красотища!

– Это верно! – согласилась Рита. – Знаешь, мы, крымчане, не устаем любоваться ею в течение всей жизни.

– Верно говорят: жизнь дается один раз, и прожить ее нужно в Крыму, – перефразировал оперативник известные слова Островского.

– Да, эта фраза нам знакома, – поддакнула собеседница.

Они вышли на центральную улицу. Правда, если бы девушка не сказала об этом, Сомов никогда не догадался бы. Узкие дороги с односторонним движением, одно– и двухэтажные дома, в основном частные. Две пятиэтажки сиротливо стояли неподалеку от автовокзала.

Мидас казался особым мирком, окруженным горами и морем, островом с малым количеством жителей. И все же Леониду здесь нравилось. Рита словно прочитала его мысли:

– Сравниваешь со своим Приреченском?

– Да, – признался Сомов. – И пока сравнение не в пользу родного города.

Она кивнула:

– Я тоже обожаю этот уголок. А вот и местный Арбат.

На маленькой площади торговали фруктами, овощами, изделиями из можжевельника, ракушками и картинами.

Оперативник подошел к художникам, скромно стоявшим возле своих творений. Ему понравился один пейзаж, изображавший Белую скалу и грот, где еще сегодня они были с Ритой.

– И сколько стоит такая красота?

Парень лет тридцати, с красным лицом, свидетельствующим о пристрастии к крымским винам, лукаво подмигнул:

– Приезжий?

– Верно.

– Тогда уступлю за пятьсот гривен.

Сомов наморщил лоб, прикидывая, сможет ли он позволить себе привезти домой такой подарок и не пробьет ли он в его бюджете ощутимую брешь.

Рита догадалась, о чем он думает. Она скорчила гримасу и обратилась к художнику:

– Имей совесть, Григорий! Больше сотни твоя мазня не стоит. Тоже мне, Айвазовский!

Парень покосился на нее:

– Сотню? Да ты рехнулась! Только вчера мне предлагали четыреста.

– Так почему же ты ее не продал?

Может, художник и покраснел, однако пробить естественную красноту лица румянец не смог:

– Дурак был – вот и не продал.

Она показала ему свою прямую спину:

– Тогда дожидайся второго дурака.

Пойдем, Леня.

Парень занервничал:

– Стойте! – Он обратился к Сомову: – А вы бы сколько за нее дали?

– На отдыхе деньги летят, как снег в пургу, – насмешливо заметила Рита.

– А все-таки?

Оперативник скосил глаз на пункт обмена валют, где красовались нужные ему цифры.

– Сотню дал бы охотно. Даже добавил бы пятьдесят.

На красном лице отразилась работа мысли:

– Двести – и по рукам.

– Согласен.