Проклятая сабля крымского хана

А с трупа ничего не получишь.

Ибрагим почесал затылок:

– Ладно, черт с вами. Берите и эту. На выходе ей вернут документы. Только билеты до России за твой счет, Ройтман.

– Разумеется. – Толстячок довольно потирал руки. – Девочки, вперед.

Он подтолкнул их к выходу. Света, не веря своему счастью, шла как приговоренная к смерти, которой объявили о помиловании. В голове Жанны крутились разные мысли. Неужели толстяк отправит их в Россию? Свете это даже в радость, но не ей. Там ее сразу посадят в тюрьму. Впрочем, в тюрьме лучше, чем в таком борделе.

Портье, любезный до тошноты, выдал им документы, получил от Ройтмана чаевые и даже попрощался на русском языке. Девочки вышли из борделя, и пыльный воздух окраины горной деревни показался им свежим и живительным.

– Садитесь в машину, – Ройтман подвел их к черному «Мерседесу», на водительском сиденье которого они увидели мужчину средних лет с носом, напоминавшем клюв орла, и снова достал бумажник. – Не знаю, девочка, как тебя зовут, но этого должно хватить на билет до дома.

Только теперь бедняжка поверила в свое спасение. На бледных худых щеках заиграл румянец, губы раскрылись, блеснули белые острые зубы.

– Спасибо вам, – проговорила она. – Я не знаю, как вас благодарить.

– Лучшей благодарностью будет, если я о тебе больше не услышу, – хохотнул он, и машина плавно тронулась с места. Сначала она петляла по горным дорогам, потом выехала на шоссе и помчалась по асфальту.

– Прощайтесь.

Света крепко обняла Жанну своими прозрачными ручонками, еще раз поблагодарила спасителя и смешалась с толпой.

– Бедняжка, – процедил он с мечтательной улыбкой. – Впрочем, у нее все будет хорошо. Думаю, она больше не попадет в такую историю. Многие подобные ей после пережитого делают вывод: лучше жить на картошку, которую выращиваешь в огороде, чем на доллары, заработанные в дешевом борделе.

– Это верно, – согласилась Жанна. – Я тоже это поняла. Может быть, вы отпустите и меня?

Ройтман усмехнулся:

– В руки полиции? Думаешь, за это время о тебе уже забыли? Нет, дорогая, тебя разыскивает Интерпол, и твои милые фотографии есть в Интернете.

– Но зачем я вам нужна? – удивилась молодая женщина.

– А это ты сейчас узнаешь.