Пока жизнь не разлучит нас

Люда беременна! Этого еще не хватало! Неужели в ту ночь, когда он вернулся пьяный с деловой встречи, жаждущий женских объятий и потому легший с ней в постель, они зачали ребенка? Это крах, конец! Даже сейчас, на даче журналиста, он покрылся потом от этих воспоминаний. Ему показалось, кто-то столкнул его в пропасть. Впрочем, эти ощущения трудно было выразить словами. Георгий подумал: теперь Вика навсегда для него потеряна. Тогда он решил пока не говорить ни о чем любовнице. Нужно что-нибудь придумать, чтобы протянуть девять месяцев, а потом, когда Люда родит, через пару месяцев уйти к Вике и подать на развод.

Людмила должна его отпустить, он назначит ей щедрое содержание. Девочка вырастет без отца, но ни в чем не будет нуждаться. Такое случается в наше время. А возможно, он потом отсудит у Людмилы детей и заберет их в новую семью. Вика не будет против, она любит его и сделает для него все.

Когда он вернулся, Люда пристально посмотрела на него:

– Я вижу, ты не рад.

Георгий сдержался, чтобы не закричать.

Как он выдавил из себя улыбку?

– Нет, что ты. Разве такому сообщению можно не обрадоваться?

– А мне показалось…

– Тебе показалось… Давай выпьем, что ли. Или теперь тебе нельзя?

Люда покачала головой:

– Пока еще немного можно. За наше семейное счастье.

Он чуть не подавился шампанским. Людмила едва пригубила и, сославшись на головную боль, решила отправиться домой. Карпов отказался ехать с ней под предлогом, что ему нужно привести в порядок документы для заключения одного важного договора.

Супруга не стала выговаривать ему, лишь развела руками:

– Надо так надо. Скоро вернешься?

– Постараюсь не задерживаться.

Она подставила щеку, и мужчина машинально чмокнул ее. Они вышли из ресторана, Людмила села в свою машину, а он вызвал Виктора.

– Не хочу садиться за руль даже немного выпившим. Мало ли что произойдет на дороге.

Она согласилась:

– Да, ты прав. А вот я рискну. Тем более ехать мне недалеко. Ну, я жду тебя.

– Да, до свидания.

Вскоре прибывший Виктор, разумеется, отвез его на квартиру Виктории.

Женщина встретила его напряженная, как струна.

– Поговорил?

Он побоялся сказать ей всю правду.

– Не решился. Назови меня подонком, трусом, но не бросай. Дай мне еще немного времени.

Вика размахнулась и влепила ему пощечину:

– Ты действительно подонок! Убирайся к своей жене. Чтобы через минуту тебя тут не было!

Виктория вышла из комнаты и громко хлопнула дверью. Он открыл дверцу бара.