Медальон Таньки-пулеметчицы

 – Рубанов сделал ударение на последнем слове: – Ты уже вскрывал труп этого человека?

Патологоанатом ловким движением пальцев отправил сигарету в кусты и повернулся к двери, ничего не ответив. Виталий понял, что просто так ответа не добьешься. Вздохнув, он достал тысячу – из денег, отложенных на новые туфли, – и торопливо сунул ему:

– Возьми. Плачу за информацию.

Пальцы патологоанатома были длинные и гибкие. Он схватил купюру, будто собака кость, и спрятал в кармане белого халата.

– Заходи.

Рубанов проследовал за ним в тесный коридор, в котором два человека могли разместиться с трудом.

От удушливого запаха он сразу начал кашлять, и врач распахнул дверь своего кабинета.

– Давай сюда. Как, ты сказал, его фамилия? Впрочем, и вскрывал-то я сегодня одного старичка. На удивление, мало смертей.

– А это плохо? – удивился Рубанов. Молодой врач взял стакан с черным чаем и хлебнул:

– Шутка. Но давай ближе к делу. Тебя этот старикан и интересует, так?

Журналист кивнул:

– Точно.

– Ничего необычного, – ухмыльнулся патологоанатом, найдя на столе заключение среди вороха таких же бумаг.

 – Астматический приступ.

Виталий почувствовал, как кровь прилила к щекам.

– Ты не ошибся? – Он еле выдавил слова. Язык вдруг ни с того ни с сего сделался непослушным. – Это удушье? Не инсульт, не инфаркт, а удушье?

– А почему тебя это удивляет? – Врач нахмурился и открыл файл на компьютере. – Вот выписка из его медкарты. Пахомов страдал астмой. Знаешь, опасность этого заболевания в том, что все время нужно носить с собой ингалятор.

Забыл – тебе конец.

Перед глазами Рубанова пронесся стройный ряд ингаляторов на полке в кабинете.

– Но этот человек всегда закупал их с лихвой, – пробормотал он, вытирая холодный пот.

Парень махнул рукой:

– Знаешь, мне все это говорят, когда их близкие умирают. Но тем не менее люди продолжают покидать этот мир от приступов астмы. Кстати, он тебе кто, дедушка?

– Хороший знакомый. – Виталий произнес эту ложь легко, наверное, потому, что это была не совсем ложь.

Василий Петрович действительно стал его близким знакомым, несмотря на то, что они мало общались. – Понимаешь, сын его попросил узнать. Он даже еще не добрался до отцовского дома.

– Понимаю. – Врач наклонил голову. – Хорошо, что еще остались люди, готовые прийти на помощь. Вот как я, например.

Виталий не стал вспоминать о тысяче рублей.

– Спасибо. – Он крепко пожал руку новому знакомому. – Я передам его сыну, что написано в заключении о смерти.