Медальон Таньки-пулеметчицы

– Меня к вам направили, – пролепетала она, крепко уцепившись за вещмешок, словно он мог помочь ей в трудную минуту.

– Что за ерунда? – Густые, как лес, брови старшины взметнулись вверх. – Доложить, как положено!

Его грубый окрик испугал Маркову, она побледнела, вытянулась в струнку и старательно отчеканила:

– Санинструктор Татьяна Маркова прибыла в ваше распоряжение.

– О, другое дело. – Зотов улыбнулся, показав расщелину между двумя передними зубами. – Молодец. Пойдем со мной.

Он положил ей руку на плечо, словно стараясь поддержать, и она пошла за ним, как покорная собачонка.

– В землянке есть место свободное, – торопливо говорил он. – Недавно у нас медсестру убило, такая же голенастенькая, как ты, была… – При этих словах он помрачнел. – Райка одна осталась. Она тебя и проинструктирует. Тебе туда. – Он подтолкнул ее к землянке, почти невидимой из-за раскидистых еловых веток. – Надо чего – завсегда обращайся. Поможем. Усе поняла?

Татьяна кивнула.

– Умница. Ступай. – Старшина послал ей слабую улыбку.

 – Чую, бои не за горами. Пока затишье – обживайся.

– Есть, товарищ старшина! – автоматически отозвалась Маркова и направилась к землянке. В голове волчком крутилась одна страшная мысль: она прибыла на место убитого санинструктора. Убитого… Зотов сказал, медсестра была такая же молодая, как она, наверное, лет восемнадцати-девятнадцати. Так же, как и она, девушка о чем-то мечтала, хотела учиться, выйти замуж, нарожать детей. Наверное, где-то остались безутешные родители, уже получившие серый треугольник – скупое уведомление о смерти близкого человека.

Возможно, ее предшественница была единственной дочерью… А что, если у девушки был любимый, который воюет сейчас неподалеку и не подозревает о том, что никогда больше не увидит возлюбленную? Так, в безрадостных мыслях, она дошла до землянки, дернула дверь на себя и нос к носу столкнулась с маленькой юркой девушкой с коротко стриженными рыжими волосами и курносым носом, усеянным миленькими конопушками. «Воробышек», – подумала о ней Таня.

– Ты новая сестричка? – Ее серые глаза загорелись от радости, как два фонарика. – Как здорово!

Схватив Татьяну за руку, она потащила ее в землянку и указала на матрас, накрытый зеленым одеялом. – Это твоя кровать. Бросай свои вещи.

Таня положила тяжелый, пахнувший ваксой вещмешок, боясь подойти ближе к импровизированной кровати, наверное, еще сохранившей тепло погибшей. Ее настроение передалось и новой подруге.