Бриллианты с царской иконы

Савин усмехнулся:

– Разве я не имел права спросить, кто хочет знать мою фамилию? Почему я должен называть ее каждому встречному?

– Но он был в форме, – парировал Воронов.

Савин не повел и глазом:

– Вот именно, каждому встречному в форме.

Михаил отошел от товарища, решив, что Николай совсем сошел с ума и лучше держаться от него подальше. Ни к чему хорошему такие шалости и шутки не приведут.

И оказался прав. О дерзкой выходке доложили директору.

Когда приехал Герасим Сергеевич, чтобы договориться о переэкзаменовке сына по латыни, директор сообщил ему, что таких учеников у них еще не было и не будет.

Это означало только одно: его сына не хотели видеть среди лицеистов.

И отец забрал Колю домой, а на следующий день пригласил жену, чтобы поговорить о дальнейшей судьбе их отпрыска.

Все эти события сейчас промелькнули в голове юноши, и он, тихо спустившись по лестнице, заглянул в комнату.

Фанни Михайловна ничего не говорила, только смахивала слезы со своего тонкого лица.

Так произошло и в этот раз.

Поручик подергал себя за ухо – эта привычка давала себя знать в минуты крайнего волнения – и огласил вердикт:

– В юнкера! Только армия сделает из него человека.

Глава 2

Пригорск, наши дни

В жаркий летний день в кабинетах отделения полиции было нечем дышать.

Следователь, майор Сергей Владимирович Горбатов, высокий и слегка сутулый, с жидкими светлыми волосами, мокрыми от пота, постоянно протирал стекла очков в тонкой оправе, которые надевал скорее для солидности. Казалось, жара выжимала пот из всех пор, и он скатывался со лба, бежал по тонкому длинному носу, лез в глаза, вызывая жжение, и капал на острый подбородок. Кондиционер, гудевший, как боевой корабль, не справлялся со своими обязанностями и с большими потугами извергал жалкую струю прохладного воздуха.

Сергей Владимирович дал себе слово не чинить его за свои деньги, но чувствовал, что «клятву» придется нарушить.

Радовало одно: в городе пока было все спокойно, ни одного убийства за неделю, и Горбатов, обремененный семьей (жена Мария подарила ему троих сыновей, и старший уже оканчивал школу) подумывал о поездке в какой-нибудь санаторий со своими домочадцами.