Осколки счастья – 2. Другая жизнь

В третьем и четвёртом деннике стояли её лошади.

– Это Инфанта, моя кобыла,– Лиза подозвала к себе лошадь.– Папа подарил мне её, когда она родилась.

Животное уткнулось носом в ладонь хозяйки. Лиза провела рукой по шее лошади и с любовью потрепала её по гриве, прошептав ей на ухо что-то ласковое.

– А это,– Лиза подошла к другому деннику,– моя гордость.

Барбарис фыркнул прежде, чем подошёл и высунул голову из денника. Лиза погладила его по мускулистой шее.

– Не правда ли, он красавец?

– Вы правы,– Александр тоже провёл рукой по гладкой шерсти лошади.

Лиза ненадолго задумалась, обдумывая, стоит ли называть его настоящую кличку. Если кто-то узнает о Барбарисе на ипподроме, её найдут, достаточно и того, что его владелицей является Голубева. Но ведь однофамильцы встречаются, а вот жеребцы-чемпионы с одинаковой кличкой быть не могут. Тогда ей придётся вернуться домой, и разразившегося большого скандала будет не избежать. А это вряд ли пойдёт на пользу всей семье Голубевых.

– Триумф,– соврала она, вспомнив первые скачки Барбариса и слова отца.– Его зовут Триумф Победы.

– Звучит многообещающе.

– Так и есть,– облегчённо улыбнулась Лиза.– Если вы мне поможете в ближайшие дни найти жокея, я успею записать его на скачки в этом сезоне. И я бы хотела пригласить вас сопровождать меня на ипподром.

– Я с радостью приму ваше предложение.– Александр улыбнулся в ответ.

Глава 3

Июль

Лиза не находила себе места от волнения. Она то и дело поглядывала на часы и выглядывала в окно.

Ещё неделю назад Юрий Ларин, жокей, которого наняла Лиза по рекомендации Александра, отвёз Триумфа Победы на ипподром в Свердловск. Благодаря его же связям девушке удалось записать лошадь на скачки на конец месяца. Через день состоится забег, а она всё ещё сидела в Ейске в своей скромной комнатке.

В дверь робко постучали, и Лиза с облегчением бросилась открывать её. Но её радость сменилась разочарованием, когда она увидела за дверью вовсе не Александра.

– Елизавета Андреевна, к вам посыльный,– сказал младший сын Антонины Ивановны Федя, пропуская вперёд мальчика лет восьми.

– Пусть войдёт,– Лиза начала волноваться.

Мальчик был растрёпанный и раскрасневшийся, похоже, ему пришлось долго и быстро бежать.