И тринадцать белых карликов

Как служащий отеля, где временно нет гостей, или диспетчер на телефоне, куда временно перестали звонить…

– Я поняла, – кивнула помощник по снабжению. – Сезон мертвее некуда. А регламент приходится соблюдать – мало ли что… И даже поговорить было не с кем, пока тебя не откачали.

– Что, мальчики блюдут дистанцию? – усмехнулась Ада, решив сначала поесть, а потом уже одеваться. Ей показалось, что еда требует меньше движения.

Марго окинула ее задумчивым взглядом.

– Ты всегда спишь раздетая?

– Еще с детства, – откликнулась Ада, лениво втягивая безвкусную кашеобразную массу.

– Я жила в одной комнате с отцом – так что приходилось носить пижаму. А потом я сразу перешла на кружевное белье…

Капитан вошел в каюту по обыкновению бесшумно, поэтому неудивительно, что собеседницы его не заметили. Не то чтобы он собирался скрываться, но зрелище обнаженной спины этой женщины на какое-то время совершенно его заворожило…

– Какая гадость, – зевнула Ада. – Ну пижама еще ладно.

– Чтоб быть красивой, нужно страдать, – мрачно сообщила Марго.

– Чтобы быть красивой, нужно чувствовать себя красивой, – откликнулась писательница. – Другое дело, что некоторым для этого нужно страдать…

– Не умничай!

– Ладно, молчу.

– И вообще! Ты хорошо прикидываешься недотрогой, но меня ты не проведешь. Признай уже, что наш капитан симпатичный парень!

– Вот уж нет! – хмыкнула Ада.

«Как и следовало ожидать…» – с горечью подумал капитан, продолжая разглядывать ее спину с особым тоскливым наслаждением.

– Так уж и нет? – подозрительно прищурилась Марго.

– Совершенно точно, нет, – подтвердила свое мнение ее собеседница. – Видишь ли, слово «симпатичный» в моем понимании носит некий оттенок уюта. Симпатичным может быть старое кресло, любимый плед, лохматая собака, играющая в саду, дети, резвящиеся на солнце, мужчина, читающий в кровати… а наш капитан, он скорее эстетичный.

– Как это? – Марго уселась на пол, оперев локти о край кровати и не сводя с писательницы заинтересованного взгляда.

– Как парадный зал, убранный для приема, – такая официальная форма красоты, понимаешь? То, что называется лицо компании, – она не глядя поставила тарелку на стол.

Марго кивнула.

– Вообще говоря, при других обстоятельствах тот же самый зал может быть вполне себе уютным и пригодным для жизни. Допускаю так же, что с тобой капитан ведет себя по-другому.