Развод по Воскресенскому

Ох, не ту я выбрала профессию, ох, не ту… надо было в репетиторы идти, сейчас бы даже не заморачивалась со своим древним юридическим дипломом.

И без мужа, да.

На двадцать третьем этаже стабильно закладывает уши, а на двадцатом лифт решает подобрать пассажиров. Шагнув дальше от кнопок, больше похожих на пункт управления космическим кораблём, я освобождаю место для вновь прибывших. И не ожидаю, что высокий, симпатичный и странно знакомый мужчина затормозит прямо на пороге, не давая умным дверям закрыться.

Изучая меня внимательным, цепким и недоверчивым взглядом.

– Кристина?

Что-то такое мелькает на задворках сознания, но что именно не вспомнить.

– Я…

– Батманова Кристина? Сашина жена? – уточняет мужик, заставив меня поморщиться.

Бывшая жена.

– Да, а вы?..

– Ник… Никита. Воскресенский. – Он, наконец, заходит, не глядя нажимает кнопку закрытия дверей. – Мы встречались раза два или три на дне рождении у Кота… в смысле у Кости.

– Никита? Вы брат Кости, да? – Вспышкой озарения проносится парень, который лучезарно улыбался мне два дня рождения подряд.

Тогда, почти восемь лет назад парень, сейчас же вполне себе привлекательный мужчина.

– Родной, – довольно щурится Никита. – Давай на «ты»? – И тут же без перехода: – Какими судьбами в нашем болоте? – Он кивает на зеркальный лифт.

– У Даньки… у сына здесь репетитор, готовятся к школе.

Хорошее болото, всем бы такое.

– Репетитор дело полезное, мне такого раньше и стал бы серьёзным человеком, – Никита улыбается настолько открыто и заразительно, что губы сами растягиваются в ответной улыбке.

Давно уже не ждёт. Перестал после того, как молоденькая амбициозная секретарша решила присвоить себе собственного начальника.

– Нет, не ждёт… мы в разводе.

Не знаю, зачем это сказала. Вырвалось.

Просто не хотелось, чтобы тот, кто много лет назад не дал наивной девчонке затеряться в чужой компании, говорил о Саше.

– Прости, я не знал, – хмурится Никита.

Двери лифта медленно разъезжаются в стороны.

– Не страшно, даже из друзей ещё не все в курсе.

А это зачем сказала? Рано, ой рано мне общаться с малознакомыми мужчинами.

Видимо, не рискуя больше задавать вопросы, он молча открывает передо мной сначала дверь подъезда, а потом и тамбура.