Сенсеры. В забвении

Олег засмеялся. Сначала тихо, а потом с искренней радостью. Кроха не переставала вертеться, постукивать в ладонь. Олег смотрел в любимые глаза, и ему казалось, что все не зря – его присутствие в жизни Алисы и Тимура не зря! Втроем они сильнее, и смогут защитить малышку от бед. У нее будет чистое сердце. Они не позволят «Элите» ворваться в ее жизнь и натоптать там своими грязными помыслами.

***

Тимуру так хотелось вскочить и влепить Эллен пощечину. По-дружески, по-братски, да как угодно, но так, чтобы вся дурь из головы вылетела! Алекс пытался с ней поговорить.

Эллен то огрызалась, то хамила, то отпускала развратные шуточки в его адрес. Она даже не вслушивалась. Тимуру было жаль друга. Он столько месяцев ждал разговора с сестрой.

Все были в ужасе от новой Эллен. Тимур не удивился. Такой он и ожидал ее увидеть: дерзкой, самоуверенной, себялюбивой, властной. Как иначе? В «Элите» все такие. Тимур провел в том аду около месяца, он знал.

К тому же постоянное окружение Эллен не оставляло ей шанса быть другой.

Чего стоила одна подруга! Тимур испытывал к ней искреннее отвращение. Лесю подсылали к нему не раз. Думали, что сексапильная девушка развяжет ему язык. Зря. Тимур не клюет на таких. Он вообще ни на каких не клюет. Есть только Алиса. И ради нее он держался до последнего, не боясь умереть.

Его рыжее солнышко, будто почувствовав, что он думает о ней, выплыло из спальни. На лице Алисы отразилось недовольство, и Тимур невольно повторил ее мимику.

– Прикинь, Роберт его ударил! – возмутилась она.

Следом за ней вышел брат с покрасневшим носом.

– Давно надо было, – буркнул Тимур, и Алиса надула губы.

– Слушайте, – влезла Эллен, – у вас тут так весело. Я бы захаживала в гости по вечерам, поржать.

– Замолчи ты уже, слушать противно, – осадил ее Алекс.

– Так отпустите меня! Я же сказала, все равно не поверю.

– Поверишь! – Тимур постарался быть достаточно убедительным.

Эллен заерзала, отвернулась. Когда-то она не могла смотреть на него из-за сожаления и вины, теперь Тимур чувствовал ее отвращение.

Он вздохнул. Даже друзья не задерживали долго взгляд на его лице. Только Алиса каждую ночь перед сном разглядывала шрамы, осторожно проводила по рубцам, целовала отвратительную уродливость с искренней любовью. Тимур был уверен, она не видит его изъянов. Для нее он тот же, каким был. Каким делал ей предложение ранним утром в тот роковой день. За это он любил ее еще больше.