Вина Зверя

– Уймись! Нельзя! – рявкнула Вэл, тут же приходя в себя.

Пес будто не слышал, загребая лапами по смятой постели. Вэл отбросила одеяло свободной рукой и потянула его, стаскивая вниз.

– Я сказала – тихо! Нельзя, Раш! – Прищурив голубые глаза, Вэл тряхнула его за шкирку, и Раш все же утихомирился, садясь на пол и не отводя взгляда от широкой фигуры Кара.

– Раш? – Смешок вырвался из губ мужчины. – Серьезно, что ли?

– Вполне, – грубо отозвалась Вэл, чувствуя, как ее начинает знакомо потряхивать от волнения.

Кара молчал, открыто, с нескрываемым интересом наблюдал, как девушка одевается, даже не потрудившись отвернуться.

Он прошел до середины комнаты, сопровождаемый тихим рычанием пса, и уселся на скамью. Положил ногу на ногу и присвистнул.

– Хорошо у тебя. Просторно.

– Как ты открыл дверь? – покосилась на него Вэл, натягивая через голову черную тунику и мысленно радуясь тому, что всегда спала в нижнем белье.

– Она была не заперта.

– Ну да, конечно, – фыркнула Вэл, поворачиваясь к нему. Она суетливо подняла руки, приглаживая спутанные после сна волосы.

Кара смотрел на нее с легким прищуром, посмеиваясь себе под нос.

– Ну что, Валлери, – сказал он, разводя руками, – тебя было не так просто найти. Я спрашивал Вэл, искал Эйри, и даже интересовался Вэл Эйри, но никто не знал голубоглазую девушку с таким именем.

Упоминание о Раза ударило в самое сердце. Вэл сжала губы, провела языком по зубам, не отрывая взгляда от сидящего перед ней мужчины.

Это что – реальность? Кара здесь? В ее комнате? Оборотень в городе, полном обыкновенных людей?

Хотелось жестко выругаться, но она просто молчала, рассматривая узкие серые штаны, короткую куртку и высокие сапоги на шнуровке – одежду, которая говорила ей о том, что все происходящее не сон и не бред сумасшедшего.

– Что тебе нужно, Кара? Зачем ты здесь? – произнесла Вэл.

На этот раз в ее голосе не было удивления или насмешки – одна лишь злость.

Кара уловил новое настроение и удивленно приподнял брови.

– Вот так ты встречаешь добрых приятелей, Валлери?

– Мы никогда не были добрыми приятелями, – отрезала она.

Она злилась на Кара.