Злое Лето

Кое-как он укрепился, вытер слезы:

– …А зачем?

– Волшебство, – она растерянно хмурилась. – С этим я быстрее думаю и больше замечаю. Ты хотел посмотреть сад?

Они спустились к деревьям. Некоторые цветы и травы вдоль дорожки казались золотыми. Он присел: правда. Но они ведь живые? А вот серебряная травка, вот – медная. Растения гибкие, живые. Качаются от ветерка так же, как и простые зеленые травинки рядом. В золотых цветах, над которыми гудели медленные пчелы, посверкивали красные и синие камешки – что, тоже живые?

Он вспомнил, что у мамы дома есть во дворах замка секретный садик: там росли молоденькие деревца, в листьях которых тоже роились золотые узоры.

До этого мига он думал, что мамино волшебство причудилось. Нет. Он даже вспомнил, что мама говорила: «Вот это смородина, а тут – яблоньки, смотри, какие красивые, с искорками»…

– Хочешь персик?

Она протягивала тяжелый плод. Он встал и взял: от тепла ладоней под пушистой кожицей персика тут же проступили переливающиеся узоры.

– Ты хочешь, чтоб я съел волшебство? И что со мной будет?

– Станешь чуточку быстрее соображать.

Он растерянно огляделся. Заметил, что по зеленым листьям деревьев то и дело, посверкивая, пробегают мерцающие узорчики. По нагретому солнцем бочку неспелой груши, свисавшей с ветки в метре от него, тоже ползли золотистые червячки каких-то знаков. Посмотрел на сестру: показалось, что ее золотистые, туго заплетенные тонкие косички жутко шевелятся.

– Почему я должен тебе доверять?

– Я просто хочу тебе помочь.

Отец говорит, что, хотя мы все еще дети, а ты так вообще катастрофически мал, – времени почти не осталось.

– В каком смысле?

– Говорит, пора принимать решение…

– Какое?

– Кто станет его преемником. И я… Боюсь за тебя. И за братьев. Либо они будут состязаться друг с другом… И с тобой… Либо их пошлют в лабиринт, – она посмотрела на землю и вздрогнула. – А оттуда… Вернутся не все. Поэтому… Лучше никому вовсе не заходить в него.

Он осторожно положил персик с золотыми узорами в траву.

И пнул ствол груши:

– Это все он! Привык их кругами гонять! Ох, да зачем же из царят главного вообще выбирать? Что, на всех дела не хватит, что ли? Они ж вместе – ум! Мощь! Почему он не понимает?! Ух! А мне только десять, и я ничего не могу!

– …Да почему же не можешь, – раздался детский, но слишком глубокий, бархатный голос. – Ты уже… Значительно изменил здешнее скучную жизнь.

Царевна кивнула:

– Привет. Рокот, это Злое Лето.