Между ветром и песком

Она и впрямь готова на все, готова исполнить любое, самое безумное желание… Вот только хочет ли этого сама?

Сжавшись в несколько раз, хаути присосался к пояснице у самого позвоночника, напоминая уродливое родимое пятно. Один щелчок пальцем – и паразит отвалился, тяжелый, как камень, и такой же живой. Сиэ раздавила его каблуком без всякой жалости.

– Я же обещала, что все будет хорошо.

Аори спрятала лицо в ладонях, и измененная сгребла ее, словно ребенка, и прижала к себе, баюкая.

– …подвела тебя, – глухо прозвучало из подмышки Сиэ.

– Да неужели? – она смотрела поверх головы подруги. – А мне вот кажется, кто-то очень хотел отомстить измененным. Очень.

– Готов?

Аори ужом вывернулась из рук подруги и вскочила. Как давно Тавир здесь? Судя по вопросу – только что явился, беззвучно, словно призрак.

– Полностью, – спокойно ответила Сиэ.

Полумайд обошел ее по широкому кругу, не отводя взгляда от грызущего губы пленника. Слова так и рвались, так и рвались, но он удерживал их внутри, терзая собственную плоть.

Опустившись на колено, Тавир мазнул пальцами по пятнышку крови на полу и прикоснулся к ним кончиком языка, пробуя. И, резко вскинув голову, уставился на длинноволосого. Бледные губы разошлись в широкой многообещающей улыбке, и пленник едва сдержал крик, рассмотрев короткие белоснежные клыки.

– Приступай.

– Погоди. Аори…

– Конечно же, должна уйти, – вздохнула изменяющая.

– Ты можешь остаться, хоть я и против.

Аори молча покачала головой.

– Я верю тебе, Сиэ. Верю.

– Я полагал, что Аори не будет отвлекаться, – заметил Тавир, когда она уже не могла услышать.

– Не будет, не будет, – насмешливо подтвердила измененная. – Я лишилась всего ради нее, и имею право пусть не на плату, но хоть на… удовольствие.

– Собираешься ей об этом напоминать?

– Иногда. Когда будет упрямиться.

Тавир без улыбки кивнул.

Или нет. Чтобы сказать наверняка, надо знать, что нравится самой изменяющей, а такими данными Тавир еще не обладал.

– Тебе будет больно, когда она уйдет.

– Весьма на это рассчитываю.

Сиэ прищурилась, глядя вдаль сквозь Тавира, и он поежился под этим немигающим взглядом.

Размытое пятно солнца успело коснуться скалистого гребня, когда Шуким дал команду собираться.