Цена изменения

Звенья вошли одно в другое, и теперь на руке Аори был обычный, хоть и безусловно красивый, гладкий браслет.

– Спасибо.

– Лейт покажет тебе, как с ним обращаться. Теперь – идите, пока вас не начали разыскивать по всей резиденции.

Вопреки своим словам, Реодор коснулся плеча Аори. Она замерла, ощущая его прикосновение, как разряд электрического тока.

– Я хочу увидеть тебя завтра.

– Да, Ваше величество.

Аори покинула комнату в полнейшей растерянности.

– Что он тут делает? Я же видела…

– Тихо.

– А у тебя?

– Пока нет, а там посмотрим, – усмехнулся Лейт. – Боишься ошибиться?

Аори фыркнула вместо ответа.

Они чуть ли не бегом преодолели анфиладу дверей и спустились по ступенькам к ожидавшей “карете”. Водитель мчался по дорожкам парка так стремительно, что, будь у Аори положенная прическа, в конечный пункт прибыл бы стог сена вместо изящной укладки.

Летний павильон светился в центре парка, как сказочный дворец. Собственно, типичная архитектура для Астрали. Но Лейт не позволил Аори любоваться – помог выбраться с высокого сидения и потянул за собой к неприметным дверям вместо широкой террасы с распахнутыми окнами, куда супруга собралась направиться по недомыслию.

– Нас должны представить, – сквозь зубы процедил он.

– Мне страшно!

– А мне, думаешь, нет?

Они обменялись напряженными взглядами за секунду до того, как слуги распахнули двери, а церемониймейстер надул грудь и открыл рот, чтобы объявить о прибытии…

– Глава Старшего рода Ори господин Лейт Ори и его супруга Аори Ори!

Губы супруги невольно шевельнулись.

– Я ждал этого момента, – прошептал он, не поворачивая головы, и Аори захотелось ткнуть локтем в бок эту ехидную скотину.

– Каждый раз будешь ржать?

– Даже не сомневайся.

Аори цеплялась за его локоть как заправский клещ, пока они спускались по парадной лестнице. Хоть бы не поскользнуться, блин, кто придумал эти дебильные ступеньки и дурацкие платья, когда даже ног своих не видишь!

К счастью, Луниров и их друзей оказалось не так уж много. Как раз столько, чтобы рядом с Ори надолго не задерживались, но и не толпа, способная превратить тихий вечер в балаган.