Здесь и сейчас!

Я ходила по комнатам своей квартиры, ругая себя за шутку, у девушки несчастье, а я?! Конечно, я понимала, что пыталась предупредить о внезапной опасности, требовала, чтоб она ехала немедленно домой, кричала в трубку так, что теперь меня обвиняют в давлении. Почему же она меня не послушала? Или просто не успела.

Но я была согласна с Алексеем полностью. В карте было четкое указание на насилие, причем в измененном состоянии. Мне хотелось поехать к Анне расспросить ее, увидеть, но к ней пока никого не пускали.

Я готовилась к очередной консультации и вдруг зазвонил телефон и на экране высветился незнакомый номер. Я взяла трубку и услышала голос Марии Боголюбовой, жены Алексея, которую сразу узнала.

Начала она разговор издалека, спросив, как мои дела, немного рассказав о своих, но было понятно, что это не просто звонок вежливости, да еще и с чужого номера.

– Мария, Вы хотите мне что-то рассказать?

– Да, Вы правы, – поспешила согласиться она, – это касается Вас и Анны. Только я хотела бы Вас попросить, чтобы об этом разговоре не знал мой муж, Алексей.

– Не беспокойтесь Мария, если Вы так хотите, я ему не скажу.

– Я знаю, что Алексей общался с Вами по поводу Ани,– тут она замолчала, как будто подбирая слова для продолжения разговора, – Вы понимаете, что они почему-то думают, что Вы были последней, кто общался с Аней, но и это не все, девушка которая рекомендовала Вас Ане, Вероника, так кажется называл ее Алексей, у нее те же проблемы.

– Что значит – те же проблемы? – переспросила я.

– У нее тоже была потеря памяти, которая до сих пор до конца не восстановилась, – Мария замолчала.

В воздухе повисла тишина.

– Это все? – настороженно спросила я.

– Кажется да, – ответила Мария, но потом, как бы спохватившись затараторила, – но Вы не переживайте, Алексей во всем разберется, Вы же знаете какой он дотошный и педантичный. Я еще знаю, что всю одежду Ани он отдал сегодня на экспертизу.

Я поблагодарила Марию и тут же кинулась к ноутбуку, чтобы посмотреть карту Вероники. Сказать, что меня это выбило – значит ничего не сказать! Еще немного и я сама начну себя подозревать.