Нарколепсия. Загадочная болезнь, изменившая жизнь

Всё, что ты спросишь о его чертах и внешности, я расскажу, – она умоляюще посмотрела на подругу.

– Можно попробовать, но… Но я не обещаю, что что-то получится, – она постаралась улыбнуться.

– Посмотри вон туда. – Софи указала рукой в угол с корзиной, которая была до краёв заполнена скомканной бумагой, – Меня уже не разочаровать, – широко улыбнувшись, заключила девушка.

Настрой подруги понравился Лиде, и она уселась поудобнее.

– Тогда давай рассказывай, – скомандовала она Софи.

Софи закрыла глаза.

– Он высокий, выше меня почти на целую голову! Очень стройный, крепкого телосложения.

Будто всю свою жизнь занимался плаваньем или чем-то подобным. У него очень сильные руки. Волосы темно-русые. Недлинные. Широкий лоб с морщинками… Тонкие губы… – она словно пела, описывая образ незнакомого Лиде человека.

Подруга слушала Софи, набрасывая штрихи на лист бумаги, иногда переспрашивала и уточняла детали. Так они трудились до самого позднего вечера. Но никто не успел заметить, как быстро пролетело время.

Наконец, портрет был готов. Софи посмотрела на него и волна нежности и тоски накрыла её с головой.

– Лида… это он, – она взяла подругу за руку.

Сначала Лида ничего не говорила и не спрашивала, казалось, будто она обо всем уже догадалась.

– Я безмерно тебе должна…

– Перестань. Мне понравилось рисовать. Очень привлекательный мужчина, – перебила её Лида. – Только расскажи мне, наконец, кто это?

Софи смутилась и отвела взгляд.

– Я бы не хотела пока рассказывать о нём, – соврала сама себе Софи.

– Но мы же договорились о том, что будем полностью доверять друг другу.

– Придёт время, ты обо всём узнаешь.

– Хорошо, – голос Лиды выражал явное разочарование от такой недосказанности.

Когда подруги попрощались, пообещав непременно увидеться в свободное время, Софи вернулась к себе в комнату, взяла в руки портрет и прижала его к груди. «Кем бы ты ни был, где бы ты ни был… Теперь ты всегда со мной», – прошептала она в темноту. И всю ночь напролёт Софи не выпускала холст из своих объятий.

– Вставай, доченька. Сегодня много заказов. Мне одной не справиться с этой работой, – мамть осторожно коснулась плеча Софи.

– Да.. Ммм… Что?… Хорошо, скоро встану, – сонно промурчала Софи, переворачиваясь на другой бок и крепче прижимая к себе лист бумаги.

– Я думала, ты уже выросла из того возраста, когда девочки спят с плакатами своих кумиров или любимыми игрушками, – съехидничала мать, смотря на свою дочь.