Все равно ты моя

– Очень интересно! – довольно хмыкнул, смотря в мои глаза, продолжая свою экзекуцию, на что мое тело отозвалось приятной дрожью, а бабочки… неугомонные бабочки оккупировали низ живота, грозя устроить там апокалипсис мирового масштаба.

– Руки убери! – зашипела на него, но получилось хрипло и соблазнительно.

– Неправильный ответ. – ухмыльнулся он, продолжая глумиться надо мной, но не касаясь ни груди, ни там… так, ласки на грани… даже горячим дыханием опалил мои губы, но не поцеловал… только подушечкой пальца провел в области декольте, очерчивая контур края…

Эх, разве могла я подумать.

что буду плавиться… сгорать… от таких простых, на первый взгляд, действий… рассмеялась бы, но все-таки не сдержала протяжного стона и краснея, закрыла глаза.

Часть седьмая

Артем

– К черту все! – выругался, подхватывая девушку на руки и успокаивая себя тем, что она сама хочет меня не меньше, сгорая от желания.

Вон, как колбасит, словно наркоманку при виде дозы. Эх, еще и на родительскую квартиру притащил, которая кстати оказалась ближе моей.

Надо было на свою, там бы задал ей жару. Хотя родаки, кажется, в гостях и прибудут только завтра вечером. Yes! Хоть в чем то повезло!

– Артем… – раскрыла свои голубые глазенки, подернутые дымкой желания.

– Молчи! – осадил девушку, а то ведь не выдержу ее хрипло-соблазнительного голоса и трахну прямо здесь на каменном полу. Да и член уже давно стоит, даже яйца свело от боли.

Нужно, как можно быстрее, добраться до квартиры! Блять, даже идти не удобно! Перехватив удобнее свою драгоценную ношу, наконец ввалился в лифт и кое-как нажал на кнопку.

Дверки захлопнулись и мы медленно взлетели вверх.

Сцепив зубы от дикого желания, смотрел на нее, пытаясь не сорваться раньше времени и не наброситься диким зверем прямо тут. Не знаю, сколько времени прошло, показавшееся вечностью, но вскоре оказались в квартире. Захлопнул дверь ногой, отрезая нас от всего мирского. Поставил девушку на ноги и приказал хриплым голосом:

– Раздевайся! – не спуская с нее взгляда, наполненного неконтролируемым желанием.

– Что? – сцепила руки на груди.

– Раздевайся! – терпеливо повторил я. – Сама! А то порву к чертям собачьим твое платье.

В ответ только растерянно хлоп-хлоп ресничками, а затем руки неуверенно потянулись к молнии с боку.

– Прямо здесь? – совсем тихо спросила она дрожащим голосом, непонятно то ли от страха, то ли от желания.

– Да! – скинул куртку, бросая на пуфик, затем ботинки.