Стерва для опера

Поэтому и окапался в кабинете, в котором совместно с коллегами из ФСБ и группой спецназа ищем слабые места, держа руку на пульсе, чтобы в случае непредвиденного форс мажора вытащить из пекла своих людей…

А тут еще девчонку подсунули!!! Сами понимаете, совсем не до нее!!! Но, черт, разве с начальством поспоришь??? Оно только в не работы друг и приятель, а здесь полковник Соколов Леонид Кузьмич! Чьи приказы не обсуждаются! Умри, но сделай! Вот, и крутись, вертись майор, как белка в колесе, разорвись, но девчонку перевоспитай, взвалив на плечи чужие обязанности.

Кстати, как ее там зовут? Кажется, Таня?! Татьяна! Красивое имя! Ей подходит! Да, и сама ого-го! Симпатичная мордашка, что надо! А соблазнительное тело, так и манит! Требует немедленно приспособить в заботливые руки…

– Сука!!! – взвыл нечеловеческим голосом. Член и так до сих пор колом стоит. А стоило вспомнить о наглой паршивке, так хоть волком вой… может, девочку легкого поведения вызвать…?

– Шах, тук, тук! – в приоткрытой двери появилась довольная морда майора Славина, командира группы спецназа.

– Еще спрашиваешь?! – хмыкнул. – Заходи, располагайся, раз пришел! – махнул в сторону небольшого диванчика, расположенного вдоль стены. Кстати, единственная приличная достопримечательность кабинета, в котором кроме него из мебели существовали по-соседски: старый письменный стол, стул, небольшой стеллаж и большой сейф, занимающий целый угол. Ах, да, забыл, еще мягкое кресло для “особых” гостей. Таких, как тот же Симонов Георгий Владленович и ему подобных.

– Не юмори! – беззлобно фыркнул Леха и по совместительству единственный друг. – Чего, хмурый? – одарил внимательным взглядом и ввалившись в кабинет, развалился на том самом диванчике, приткнув голову на мягкий подлокотник. – Не стой ноги встал?

– Если бы… – вздохнул устало и нервно взъерошил волосы, пальцами путаясь в отросших прядях. Постричься бы?! Только, когда? – Полковник нагнул, подкинув очередную головную боль!

– Это он может! – хмыкнул Леха.

– В том, что я теперь нянь для взрослой пигалицы! – поделился наболевшим. Продолжил, копируя голос вышестоящего начальства. – Не мне тебя учить! Немного попресуешь девчонку и отпустишь! Да, что я распинаюсь, ты и сам все знаешь! Тьфу! Ну, какой из меня воспитатель?

– Самый, что ни на есть, настоящий! – хохотнул “этот”, явно угорая с меня.