Мираж: последняя капля

Её поверхностное сознание уже приняло решение и отвергло всё, что связано с этим… Таившееся существо в тёмных глубинах согласилось с решением, нервно стукнув по сознанию тёмным хвостом.

Потянулась Инна к подносу ни капельки не жалея, что ужин не состоится. Ни сегодня! Может, позавтракать удастся без всяких проблем. Утром, его точно не будет.

– Она глухонемая, – произнесла весёлая девушка из иных работниц, припозднившаяся с ужином и заболтавшаяся с другими, – я слышала, что она понимает, читая по губам, и то, на языке еннов, а ВАС, наверное, не понимает.

Сидевшая рядом с встрявшей в чужой разговор девушка, моментально подорвалась. Убежала. За ней последовали и остальные. Да, мужчина говорил на общем разговорном. Похоже, действие подруг не насторожили глупышку, к тому же решила она добавить, поговорить и пофлиртовать с таким красавцем. У девушки, похоже, недавно устроившейся на работу и не научившейся определять, кто перед ней перехватило дыхание. Ни вздохнуть она не могла, ни выдохнуть, и как рыба на суше безмолвно шлёпала губами.

Инна почувствовала, что это старх направил на неё свой незримый и ощутимый взгляд. За то, что посмела обратиться к НЕМУ. Он будто взял её за горло – придушил. Ещё чуть-чуть и разговорчивая девушка упадёт в обморок. Нет! Быстрым движением Инна отгородила влипшую в неприятности малышку от жестокого взгляда, воткнутым ребром в стол железный поднос. Жёсткий взгляд сначала упёрся в неожиданное препятствие, а потом в молчаливую девушку.

Леденящий взгляд старха вонзился миллиардами игл в выбранный объект желаний. Вот это точно оказалось неожиданно, Инна чуть-чуть не вскрикнула, чуть не выдала тайну. Холодная испарина выступила на спине, на лбу. Скорее всего, мужчина просто от такой неожиданной дерзости не успел адекватно среагировать, подумала она, или такое отношение для него являлось обыденностью? Инну окатило, словно ледяной водой. Ледяные змеи обвились вокруг её шей, сдавили дыхание. Нет!

Посмотрела она в ясные, улыбающиеся глаза наглеца, сомнения отпали, ничего случайного не произошло, наслаждался мужчина сладостью боли, всё выше и выше подымая шкалу допустимого.

Раз – мурашки на спине присмирели. Два – дыхание удалось выровнять. Три – озябшие и похолодевшие пальцы так и остались ледяными, хотя всё тело, можно сказать, вернулось в первичное состояние. Четыре – внутренний страх, начавший было сдавливать разум, ушёл в пятки.