Дети зимы

Рядом с отцом стоял молоденький сержант, выглядевший даже не уставшим, а измученным. Возможно, что это и был ее незваный гость, но в темноте палатки невозможно было рассмотреть черты его лица.

– Переверни снимок,– негромко произнес незнакомец.

Ася подчинилась и увидела четкие буквы отца. Через всю фотографию было написано: «Аська, это мой друг. Верь ему». Рука разжалась, и снимок спланировал под ноги сидящему мужчине. Асе показалось, что она не прочитала слова отца, а услышала его голос. Девушка тряхнула головой и, еле сдерживая слезы, спросила:

– Чего вы от меня хотите?

Невольно взгляд упал на вторую фотографию, все еще зажатую в онемевших пальцах.

Папа держал ее, маленькую девочку, одной рукой, прижимая к груди, а другой обнимал смеющуюся маму, рядом с которой стоял широкоплечий юноша с застенчивой улыбкой. Снимок был до боли знаком, на нем Асе всего четыре года, папа молодой и счастливый, мама еще не болеет, а юноша, стоящий рядом с ними, лучший армейский папин друг. Точно такая же фотография хранилась в семейном альбоме, ее Ася видела не раз.

– Что вам от меня нужно?– спросила она обреченно, вглядываясь в темноту.

– Я должен увезти вас отсюда раньше, чем о событиях в Греции узнают все остальные. Вас нужно спрятать. Если то, что я сказал, верно, вы становитесь единственной наследницей и легкой добычей для врагов вашего отца, – он говорил ровным голосом.– Ваш отец хотел, чтобы я позаботился о вашей безопасности.

Незнакомец поднялся, одним рывком подбросив свое большое тело.

– Я бы хотел уехать немедленно. Возьмите лишь документы.

Словно во сне Ася последовала его четким указаниям. Взяв спортивную сумку на ремне, она сложила туда два паспорта, российский и заграничный, тоненький фотоальбом, который всегда брала с собой, если уезжала из дома и косметичку, где рядом с помадой и тушью лежали любимые сережки, подаренные мамой.

– Я готова.

Ее ночной гость уже убрал снимки и ждал на улице, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

Прихватив короткую джинсовую куртку и фотоаппарат, Ася выскользнула вслед за ним. Лагерь, по- прежнему, безмятежно спал.

– Не нужно никого предупреждать о своем отъезде, – сказал незнакомец ей на ухо и, подхватив под руку, потащил вдоль палаток, стоявших в один ряд.

Ася еле успевала за своим ночным визитером, поскольку глаза ей застилали слезы, а ноги не слушались.

Только выйдя из привычного тепла палатки, девушка осознала весь ужас происшедшего.