За семь верст

Вам нужен четвертый водитель, чтобы гнать в Грецию машины. Права и загранпаспорт у меня есть. Две недели в счет отпуска я могу взять в любой момент, это не проблема. Соня поживет с бабушками. Общие черты сделки вы мне прошлый раз обрисовали, – я переводила взгляд с одного собеседника на другого. Лицо Плюша было каменным. Улыбчивый задумался, в его глазах было видно как зашевелились шестеренки, просчитывающие ситуацию.

– Кира, тема закрыта и не обсуждается. Ты никуда не едешь, – отпечатал Плюш. Уже то, что он назвал меня по имени, а не Иголкой, говорило о том, что он в гневе и уговаривать его бессмысленно.

– Олег Михайлович, погодите, – Улыбчивый смотрел на меня с прищуром. Он все просчитал и взвесил. И чаша весов перевесила в мою пользу. Я невольно усмехнулась. – Кира Юрьевна, вы не оставите нас на некоторое время?

По его взгляду я поняла, что лучшего адвоката для себя мне не найти. Я кивнула, стрельнула взглядом в Плюша и развернулась к выходу.

– Только дверь закройте поплотнее, пожалуйста, – бросил мне вслед Улыбчивый.

Я посмотрела на него через плечо, уже готовая припечатать его в ответ высокомерной едкой фразой, но наткнулась на понимающий и насмешливый взгляд. Мои щеки воспламенились, слова застряли в горле. Вот нахал. Сочтемся. Полагая за лучшее в данный момент промолчать, я ответила на его взгляд и вышла из кабинета, подчеркнуто захлопнула дверь поплотнее.

Спорили они почти час. Улыбчивого слышно не было, а вот Плюш ругался громко, особенно поначалу. По большей части напирал на то, как это небезопасно.

Потом и его голос стих. Видимо, Улыбчивый привел неоспоримые аргументы в мою пользу.

Когда дверь открылась, Плюш угрюмо сидел за столом и смотрел в окно. Весь его вид говорил о том, что он категорически против, но подчиняется обстоятельствам.

Улыбчивый жестом указал на кресло, в котором сидел до прений, а сам устроился на стуле напротив.

– Кира Юрьевна, прежде всего, я абсолютно согласен с вашим мужем: это не просто развлекательная прогулка по Европе. Не автобусный тур «Десять стран за пять дней».

Это достаточно серьезно и опасно, – Улыбчивый разговаривал со мной, как маленьким ребенком. Плюш все так же смотрел в окно.

– Моего отца убили, когда он перегонял машины с Дальнего Востока. Давайте ближе к делу, – жестко обрубила я.

Плюш закрыл глаза. Он был в курсе всех деталей. И это был еще один довод в пользу того, чтобы я сидела дома. По лицу Улыбчивого пробежала тень, его тон моментально сменился на деловой и сухой.