Волчица

Ну, в смысле второго, конечно!

Митька весело расхохотался и ласково погладил собаку. Потом он нагнулся к воде и умылся чистой прохладной водой.

– Иди сюда, недоверчивая наша, умойся!

– Мне тут помощь нужна, иди сюда, а потом и умоемся, и даже искупаемся.

Парень подошел к Веронике и увидел какой-то завал, вместо шалаша.

– Это ты называешь шалашом со всеми удобствами? – с сарказмом спросил он.

– Придется немного постараться, чтобы навести тут порядок! В таком же тоне ответила девушка. – Это мы с батей специально так сделали, чтобы не привлекать внимания.

– Ты ж говоришь, что здесь никто не ходит никогда!

– Ну, мало ли! Вдруг браконьеры забредут. Хотя, сейчас народ пошел мелкий и жадный. Далеко не ходят, настреляют дичи вблизи с жильем, и в деревню, хвастаться и водку пить! Жадность к убийству это страшно! Я понимаю охоту только так – хочешь есть, добудь себе еду. Как в природе. А убивать живность ради забавы и бахвальства это страшный грех. Они хуже зверей! А вообще-то они не тут охотятся, чуть в сторону лучше, там и проходить легче, и подъехать на машинах можно.

– А это далеко отсюда?

– Километров 70-100, – и показала туда рукой.

– Тогда зачем же вы это делали с отцом? – разбирая завалы из старых бревен и сухих веток, спросил Митька.

– На всякий случай. Ушли еще недалеко. Береженого Бог бережет!

– Ой, змея! – закричал Митька и отскочил в сторону.

– И что ты так орешь? – засмеялась Вероника. – Она сейчас уползет. А вообще есть такое заклинание – если видишь змею, надо протянуть руку, вот так – она вытянула руку и выставила вперед ладонь, и сказать – Ози, озоа, озиа! И она тут же уползет.

– И что, помогает? – с интересом спросил парень.

– А как же! Видишь, ее уже нет!

– А если не увидишь?

– Может и цапнуть!

– А вдруг там еще их полно? – испуганно глядя на шалаш, спросил Митька.

– Сейчас все расползутся, даже если и есть. Дон, проверь!

– И ты вот так просто заставляешь любимую собаку лезть в гадюшник?

– Это же Туркменский волкодав, выросший на воле! Он уже их столько убил… и съел.

– Ты шутишь! – с ужасом воскликнул Митька.

– Конечно, шучу, про то, что он их ел по дороге. А вообще он свободно берет змею и резким движением ломает ей хребет. Вот и все! Порода такая!

В это время Дон вышел из почти освобожденного шалаша с огромной черной гадюкой в пасти. Змея была мертва.