Три подруги

Антонина быстро сообразила, что пора бы заканчивать маленькое застолье и с бодрящей ноткой в голосе всем сообщила:

– Ну пора и честь знать, вернее, Людмила Георгиевна, вы устали наверное, оставим вас отдыхать, а то засиделись мы в вашем кабинете, намусорили, – она принялась скидывать хлебные крошки на пол.

– Ах, оставь, Тоня, завтра уборщица уберет. – заведующая осталась у себя, а все вышли к коридор и пошли в разных направлениях.

Антонина увидев, что Ирина уже завернула за угол, и мелкими шажочками засеменила в сторону Степана.

Быстро его догнав, она протиснулась в дверь почти не заметно, зашла сзади Степана и закрыла ему глаза своими горячим руками. Хирург, конечно, не ожидал такой прыти от старшей медсестры, да и ему самому в голову бы не пришло увязаться за кем то, но ему стало приятно, немного захмелев, он стал мягче и податливее. Тело Степана само скатилось на диван, как испортившееся желе и Антонина, расстегнув халат, набросилась на него как голодная пантера.

Глава 12

Утро следующего дня выдалось прохладным, на траве и земле лежал слой изморози. Константин, взяв метлу в руки, расчищал дорожку от скопившихся за ночь листьев. Было тихо и в доме и на улице. Гости постепенно стали просыпаться и выходить во двор, вдохнуть свежего воздуха. Первой проснулась Элла и вышла к Константину узнать обстановку, ввиду вчерашнего дебоша.

– Костик, привет, а где все, где дети? – зевнула она и потянула руки вверх.

– Так уехали почти все, в город. Еще рано утром, как только стало светать. – ответил Костя с прохладной ноткой в голосе.

– Вот новость! – удивилась Элла, и приняла позу руки в бок. – А почему, меня не разбудили?

– Так ВАМ мешать не хотели, – утвердил Костя.

– Что значит ва…? – спросила Элла, вдруг остановилась на пол слове, поняв, на что он намекает. Олег вчера все же упросил ее остаться с ней на ночь.

Тут же вышли на крыльцо Олег и Уилл. На первого было страшно смотреть, выглядел он мягко говоря паршиво, лицо цвета бордо, отекло как при аллергии, шея пошла пятнами, а гладкие когда-то черные волосы торчали в разные стороны.

– Костян, чайку бы сообразить… – промямлил Олег. – Чувствую себя как помойное ведро. – он закрыл лицо руками, присел на корточки, но ноги не слушались, и он скатился с крыльца на землю. – Оп-па! – сам же вдруг вскочил на ноги и затараторил, что «все, мол, нормально».