Лилиана

А я уже неслась к закрытым дверям кабинок, в надежде успеть!

Не церемонясь, начала колотить во все подряд. Многие оказались пустыми, из некоторых высовывались головы посетителей, явно использовавших крохотные помещения по назначению. И лишь в последней кабинке оказалась заперто, никто не высунулся.

Не соображая, что творю начала долбить по двери ногами и руками. Через пять минут моего буянства, из узкого дверного проема показалась взлохмаченная голова Даниила, раздетого по пояс.

– Рита! – заорала во все горло, ко мне наконец вернулся прежний голос.

Подруга не отозвалась, чем еще больше меня напугала.

– Да заткнись ты, чего приперлась. Не видишь, заняты мы, – грубо осадил меня парень.

Но я решила, что на сегодняшний вечер с меня хватит козлов.

– Она несовершеннолетняя, урод! – процедила сквозь зубы и подойдя ближе, с размаху ударила гада коленом в пах. Он пискнул что-то нечленораздельное и осел. Воспользовавшись ситуацией, толкнулась в проем и оказалась внутри пропахшего перегаром, душного помещения.

С облегчением поняла, что до самого главного они не дошли.

– Одевайся, мы уходим, – приказала Рите, но она лишь пьяно закатила глаза. – Ты кажется меня не расслышала, собирайся. Сейчас сюда вломится охрана, они просекли что мы малолетки.

На этот раз, в глазах подруги мелькнуло понимание, и она с трудом поднявшись с места, принялась натягивать на себя верх платья, болтавшегося на поясе.

– Ли, ну не тяни ты так, – заплетаясь на высоких каблуках, взмолилась она, – И вообще, ты мне весь кайф обломала, что обо мне теперь Даничка подумает.

– То, что ты дура, он уже и так знает. А большего и не требуется.

– Сама такая, а у нас с ним любовь. А ты все испортила!

– Завтра поговорим, ладно?! – не выдержав, попросила ее, иначе готова была взорваться.

Рита недовольно хмыкнула, но замолчала. Она уже знает, что у меня есть грань, через которую лучше не переступать.

У входа в клуб нас ждал Арни и как оказалось, тот самый водитель, тачку которого я пыталась помыть грязью. Я теперь его вспомнила. Арсений, он же брат моего одноклассника. И все бы ничего, если бы последний не преградил нам путь и не выставил руки по бокам.