Охоту на суженого ведьма объявляет открытой

Это сколько же надо прислуги, чтобы поддерживать такой огромный дом в порядке. Я представила себя взмыленную, с тряпкой, перебегающую из одного зала в другой, чтобы уже через месяц, закончив вылизывать последнюю комнату, снова начать генеральную уборку. Да я за пятьсот лет озверела бы, и после смерти, так и не назначив преемницу, превратилась бы в призрак Бешеной Домохозяйки, орущей диким голосом на всех, кто посмел не вытереть ноги после улицы.

У Тути были совсем другие мысли во время этого долгого путешествия: он одобрительно похмыкивал при виде шикарных интерьеров, которые сменялись, стоило нам перейти в другую комнату.

«А что же нас поселили в такой кошмарной комнате?!» наконец, ошарашено спросил он: «Наверняка есть и нормальные спальни в этой герцогской халупке!»

«Есть, да не про нашу честь!» – мрачно подумала я, предчувствуя, что пока это была самая мелкая гадость от тётушки Кристиана. «И, кстати насчёт кошмаров: мог бы и предупредить, что вышивка – не твой конёк. Что за ужас ты вчера изобразил на так называемом платке?!»

«Здрасьте!»– возмутился этот мелкий жулик, – «Я тут из кожи вон лезу, аксессуарами обеспечиваю, находясь практически в бессознательном состоянии, а мной ещё и недовольны! Всё! Ты меня оскорбила, так и знай!»

И замолчал, только слышалось недовольное сопение из кольца, я покосилась на Китти – вроде бы, та ничего не заметила.

Ладно, буду иметь в виду, что к совести Тути взывать абсолютно бесполезно, он даже не подозревает о существовании такого слова.

Китти распахнула передо мной высокие двери, я вошла в столовую.

И поняла, в чём заключается следующая неприятность от леди Лейр. Меня встретили испытующие взгляды не менее десяти леди и джентельменов, собравшиеся в просторной комнате. Я, конечно, понимаю, что здесь все встают рано. Но приехать в гости такой компанией и на рассвете…

– А вот и та бедная девушка, о которой я вам говорила! – бодрым голосом представила меня тётушка, которая сидела рядом с бледным Кристианом, – к сожалению, имя её я сказать не могу – бедняжка забыла, кто она, упав с лошади.

– Какой ужас! – ахнула маленькая дама в коричневом платье, нещадно перетянутая корсетом, – то есть, вы о ней ничего не знаете?

– Ничегошеньки, – вздохнула горестно леди Лейр, обмахиваясь платком.

Кристиан встал и подошёл ко мне, стоявшей, как возле позорного столба. Прекрасно поняла замысел его тёти: выставить меня кем-то вроде забавной говорящей обезьянки.

– Мисс останется в моём доме, пока не выздоровеет.