Охоту на суженого ведьма объявляет открытой

Прямо передо мной оказался череп… с остатками гниющего мяса…

В голове потемнело, и мне уже не казалось, что такое можно придумать только для шоу. То, что скелет настоящий, не искусственный, было ясно. Железная хватка ослабла, и мне, упав на ковёр, удалось кое-как отдышаться. Я увидела, что скелету помешала меня задушить Эсмеральда – она тащила его за ногу, и этим отвлекла, однако тот достаточно яростно отпихивался и пытался добраться до меня вновь.

Я отползла в сторону и панически пыталась сообразить, что делать дальше.

– Ты так и будешь молчать? – хриплым голосом воззвала я к кольцу, – наших бьют!

Неугомонный скелет, наконец, выдрал конечность из рук Эсмеральды, но та тут же подставила ему подножку, он упал, однако неуклюже пытался подняться вновь. Служанка сдёрнула с дивана покрывало, и накинула на него. Тут же ей пришлось усесться сверху, чтобы скелет не поднялся. Агрессивные кости дёргались под ней, наотрез отказываясь успокаиваться.

– Это как сказать, – философски, абсолютно безмятежно заметило кольцо, – тебе ещё ничего плохого не сделали, чуток придавили – и всё.

– Слышь, ты… свидетель… – с трудом прохрипела я, – немедленно вырубай его. Он же по правде убить меня хочет!

– Конечно, хочет, – вроде бы как удивилось кольцо, – как не хотеть. Эти зомби они такие. Сожрут, даже если от пищеварительного тракта одни воспоминания остались.

– Как хочешь, так и вырубай! – я с трудом поднялась на ноги и с опаской подошла к шевелящемуся покрывалу, из-под которого периодично высовывались желтоватые конечности. Эсмеральда сидела сверху, как курица на яйце, и всё ещё никак не могла отдышаться.

– Хозяюшка, – вдруг протянула служанка, подозрительно меня оглядывая, – а уж не ваша ли это вредительская работа?

– Наша, – гордо поправило её кольцо, и я разозлилась окончательно.

– Ты что натворил, провокатор? А ну быстро скажи, что это – единственный ходячий труп в округе, и что ты знаешь, как его упокоить!

– А вот и не скажу! У неё оказалось столько дури, что она смогла выпустить из могил всех покойников на городском кладбище! И нечего всё валить на меня, безобидного.