Шах и Мат

Кто теперь в этом виноват? Она никогда не сможет заменить такую женщину, как та, что находится рядом с ним.

– Кира, что случилось? – вырвал её из бреда голос Андрея.

– Так… вспомнила кое-что … – торопливо ответила она и ушла в подсобку.

Она посмотрела в зеркало на своё мертвецки бледное лицо и красные глаза. Попытавшись, хоть немного привести себя в порядок она поняла, что это бесполезно. Оставался единственный выход, позвонить сменщице и попросить доработать смену. Как только она об этом подумала, в коморку приоткрылась дверь и просунулась голова Максима.

– Ты как? – тихо спросил он.

– Живая, как видишь, – попыталась улыбнуться Кира, вытирая слёзы.

– Вижу… может, позвонить Рите?

– Быстро схватываешь.

– Я сам позвоню… смену закончу, и обязательно загляну к тебе, – забеспокоился Максим состоянием подруги.

– Что, думаешь всё так плохо? – злорадно усмехнулась она.

– Пока не знаю, давай завтра поговорим.

«Вот и похвасталась! Крутая. В карман уже успела его положить.

Только в кармане-то видимо дырка была. Когда-нибудь, моя фантазия, заведёт меня в дебри, и выбраться оттуда, я уже не смогу. Это надо ж так себе всё напридумывать? В людях бы сначала научилась разбираться!» – обвинения Киры продолжались, пока она не собралась и не вышла на улицу.

Холодный воздух улицы остановил поток её нравоучений. Она поёжилась, засунула свой носик в шарф, оставив одни только глаза и включив автопилот, побрела в сторону дома. Продолжив самобичевание, Кира перестала чувствовать холод.

Через час она уже мысленно достала плётку, но не успела полоснуть себя ею, как поняла, что находится рядом со своим домом, и времени на это у неё уже нет.

«В другой раз!» – подумала Кира и начала искать ключи, чтобы попасть внутрь пока окончательно не обморозила свои ноги.

Зайдя домой, она набрала горячую ванну, чтобы не слечь завтра с температурой. Опускаясь в неё, она готова была поклясться, что услышала шипение от своего тела.

«Не растаять бы», – истерично пошутила она про себя.

***

Яхве не мог допустить того, чтобы Матвей уехал и не объяснился с Кирой. Но он понимал, что страх Матвея слишком велик, чтобы самому пойти на это. Тогда он решил сделать ход ферзём и прибегнуть к воспоминаниям.

– Ферзь на с7

В голове Киры поползли воспоминания: о ночи, о руках, которые, как пёрышки порхали по её телу. На губах появился вкус поцелуя, от которого голова пошла кругом.