Шах и Мат

– А что, по-твоему, главное? – решил он поддержать разговор, раз уж она готова была разговаривать на эту тему.

– Я считаю, что сочетание внешней и внутренней красоты. Без этого сочетания, человека можно считать инвалидом, – смущённо произнесла она, глядя как её носки вырисовывают зигзаги на полу.

– Интересно… И кем же ты считаешь себя? – задал компрометирующий вопрос Матвей.

– Это не мне решать, а окружающим. У каждого свой диагноз в зависимости от того, кто его ставит, – пожала она плечами, как будто не была уверена в том, что произносит.

– Значит, ты считаешь, что ты, это тот человек, каким тебя считают окружающие!? – удивился и возмутился Матвей. – Я так вот считаю, что люди могут считать меня кем угодно, но это не значит, что я должен быть им. Я тот, кто я есть и имею полное право не соответствовать суждениям других! – уверенно заявил он, в очередной раз, запрокинул коробку с соком и сделал глоток.

– От того, что кто-то считает меня не достаточно красивой, я не становлюсь инвалидом, но выгляжу инвалидом для этого человека, только это я и хотела сказать.

– Сок? – решил разморочить разговор Матвей и протянул пакет в её сторону.

– Что?

– Я не держу здесь спиртное, поэтому могу предложить либо сок, либо чай.

– Нет, спасибо, если только воды.

– Ок, – небрежно кинул Матвей, поставил пакет на стол и налил стакан воды. Когда он принёс его и сунул в руки Кире, то завалился на кровать, чем ещё больше смутил её.

– Не бойся, я ведь обещал не трогать тебя, а обычно я держу свои слова.

Ох, уж эта двусмысленность. Обычно… А сегодня: «как обычно» или «в виде исключения»?

От такой близости с мужчиной по её спине пробежала дрожь возбуждения. Это был первый мужчина, который действовал на неё словно электрический разряд. Ей стало так жарко, что захотелось раздеться.

Кира обвела языком пересохшие губы и залпом выпила стакан воды. Всё это, не утаилось от пристального взгляда Матвея.

«Ближе, бандерлоги!» – крутилось в его голове выражение из известного мультфильма —«Маугли». В нем включился инстинкт охотника, и уже ничто не могло его остановить.

– Можешь поставить стакан на полку, в нише кровати, чтобы не мешался.