Осколки мёртвого мира

Не счесть сколько демонов было разорвано на лепестки, а вот ангела не удалось убить ни одного. И поэтому все демоны ходят парами.

Если сейчас сражается Шэрид, то его партнёр и мой друг, Шидо, должен быть близко. Благо ангелы настолько сильны, что сеют разрушения по одиночке.

Гарь смешивается с пылью и затрудняет дыхание, а в полумраке все развалины похожи. Прикрыв лицо рукавом, стараясь разглядеть что-то вокруг, я внезапно слышу знакомый голос. Правда, поздно. Что-то врезается в спину и опрокидывает меня на каменную дорожку.

– Сатура!

Крик Миори становится ближе. Обречённо выдохнув и подняв голову, я хмуро смотрю на подбегающую ко мне девушку. Она опускается передо мной на колени и протягивает раскрытую ладонь, не обращая внимание на длинные голубые пряди, ложащиеся на землю.

– П-прости, Сатура! Каю меня никогда не слушается! Давай руку.

Всё прямо как два года назад… когда я впервые встретил её.

Если вспомнить, именно из-за неё я и остался жить в Ахэйре. Восемь лет скитаний и сожалений подошли к концу, когда она сказала, что я могу остаться. Затеряться, среди таких же изгоев, как я сам. Перестать быть кем-то, не помогать, не защищать, не воевать, не забирать, не терять, не чувствовать. Стать очередным призраком серого города. Для меня тогда эта была завидная участь. Однако к самой девушке симпатии я не испытываю, напротив.

– Просто убери её от меня.

Когда какое-нибудь существо умирает, маг может использовать на нём ритуал воскрешения. Тогда к душе существа прирастает дух и оно становится фамильяром – оружием магов. Они имеют две формы: активную, то есть облик до смерти, и пассивную – предмет, на котором крепится контракт. У меня это две книги, а у Миори браслет. И сейчас девушка безуспешно приказывает Каю спрятаться в сосуд, а я уже не чувствую спины от холода, испускаемого ледяной кошкой.

– Цуми…

Едва произношу имя хвостокрылой, которая с удовольствием разобралась бы с помехой, как кошка взвизгивает и сама прячется в браслет. Я перекатываюсь в сторону, ощутив жар. Шквал углей обрушивается сверху. Подскочив и поймав девушку за руку, я бегу подальше от вспышек пламени, окрашивающих облака и улицы в рыжий цвет. В памяти всплывают силуэты горящих домов, слышится эхо криков и взрывов, чувствуется кисловатый аромат, кружащий голову.