ДАзайнеры

Буффону показалось, что великое пространство, разделявшее их, в этот миг вдруг сжалось, и ощутил невероятную близость и тепло этого человека. Задержавшись еще на мгновение, он поправил трубку, повернулся и зашагал своей неуверенной походкой в сторону горизонта. Буффон выдохнул.

– На сегодня, похоже, все, – разорвала тишину Дама, о существовании которой Буффон почти что забыл. Она прикрыла дверь и с загадочным видом села напротив него.

Через минуту дверь снова отворилась, и в ней показался мсье Кочубей в своем клетчатом пиджаке, оранжевом галстуке и полосатых штанах.

– Всех приветствую, – жизнерадостно произнес он. – Всю дорогу только и думал, что о вашем замечательном кофе.

Буффон смотрел на него невидящим взглядом.

Танец Индейца, 1998. Бумага, тушь

Песнь индейца

Я дерево. Руки мои – ветви

Все выше и выше тянутся,

Прозрачную влагу облаков глотая.

Веселого бриза потоки

Жажду мою утоляют.

Лучей золотых огонь

Листья мои обжигает.

И по стану моему стройному

Древесной броней покрытому

Жар струится.

Тону я в реке любви небесной,

Жизнь я вдыхаю.

Ноги мои – корни –

Все глубже в почву уходят,

Сок земли волшебный вбирая.

Подземных источников яства

Голод мой усмиряют.

Из недр планеты поднимается

Древняя сила.

В черной мощи плоти ее

Растворяюсь я.

Птица садится на руку-ветвь,

Чувствую ее тепло.

Теперь я птица. Руки мои – крылья.

Крылья раскину и к солнцу взмою.

До него почти долетаю.

Неба море синее – жилище мое.

Ветер душистый оседлаю я.

Узоры черные на песке оранжевом –

Читаю я знаки и вниз падаю.

Ловлю ленту блестящую:

Прекрасно серебро ее холодное.

Я восхищаюсь. Она ускользает.

Теперь я змея. Тело мое в кольчуге сияющей.

Дом мой – костер песка жгучий,

В его тепле сладко нежусь я.

Звенит музыка моих украшений –

Перкуссии шорох нежный.

Шуршит и шепчет, свистит и пересыпается.

Да, я мастер песочного блюза.

Я скрываюсь в тени спасительной.

Подарил мне ее кактус пустынный.

Теперь я кактус цветущий,

Цветы мои – дети мои.

Пьют они молоко изумрудное,

Смеясь и целуя меня ласково.

Терпким нектаром они наливаются,

Пьянящим ароматом меня окутывая.

Накрывает меня с головою

Истома сладкая,

Во сне чудесном забываюсь я.

И вижу, что я младенец.

В люльке качает меня индейская женщина,

Песню тягучую мне напевая.