Трофейная жена для лорда-дракона

Ты словно с небес свалилась, честное слово… может, потому так боишься высоты?

Тамила фыркнула.

– Вместо того чтобы язвить попусту, лучше бы сам взял и рассказал. Все же мы с тобой, драгоценный мой супруг, теперь не чужие друг другу. Должна же я хоть что-то знать о человеке, с которым меня связала судьба?

Арвольд хитро ухмыльнулся. Как ни старался, ему сложно было скрыть то, как приятно для него звучали её слова, пусть и сказанные с явной демонстрацией недовольства их договором о любезности в обмен на пеший путь до Фэррэйн-холла.

Драгоценный супруг, любимый муж, свет мой… неизвестно, от искреннего удовольствия или от простого удовлетворения победой над её строптивостью, но он не мог скрыть улыбку, слыша такое обращение в свой адрес от той, которая всего полдня назад сбежала от него к несостоявшемуся жениху.

Мужчина прищурился и покачал головой, словно прикидывая, отвечать ли на её вопрос.

– Уж не знаю, стоит ли. Вдруг опять сбежишь и выдашь все мои тайны этому своему милому Эвлину.

– Ну и ладно! Ну и не очень-то и хотелось!

Воспользовавшись тем, что швея подправляла бант на поясе сбоку, Тамила обиженно отвернулась к окну, за которым толпа собралась у купола большого шатра, в ожидании представления акробатов – главного действа всей Золотой ярмарки.

Арвольд устало вздохнул, втайне любуясь девушкой. Тёмные волосы рассыпались по её плечам упругими локонами. Длинные, блестящие они лёгким водопадом опускались чуть ниже её лопаток. Красивые, кукольно-идеальные черты лица, большие серые глаза, пухлые губы и вздёрнутый носик, усыпанный светлыми, едва заметными веснушками – словом, настоящая красавица…

– Если бы не характер.

 – Задумчиво резюмировал свои мысли Арвольд и тут же нарвался на её упрямый взгляд.

– Что-что ты сказал?

Мужчина печально улыбнулся.

– Я сказал, что ты права. Была у меня когда-то невеста.

– И… где же она сейчас? – спросила девушка, неожиданно растерянно, когда он вдруг замолчал.

– Это было очень давно и совсем недолго… Твои опекуны, пусть и не лично, но приложили руку к её смерти.

Сказал он нехотя, а Тамила охнула, прижав ко рту руки. Забылась и швея – услышав такое, она едва не отрезала лишнего от банта на поясе девушки и тут же, с охами и ахами, принялась исправлять свою ошибку.

Девушка грустно кивнула своим мыслям и опустила голову, не решаясь больше смотреть в глаза Арвольду.

– Твоя семья, невеста… значит, тебе действительно есть за что их ненавидеть. Теперь я вижу.