Охота на волков

Сверхсовременную ультралегкую камеру с передачей данных на расстоянии до двухсот метров и емкостью аккумулятора 12 ампер-часов, которую я “нечаянно” потеряла во время облавы вместе с курткой.

Да, пришлось попотеть и потратиться в поисках того, кто сможет взломать ее и перенастроить на другой передатчик, но оно того стоило! Все же шпионское оборудование такого уровня на улице не валяется и безнаказанно не достается.

– Хорошо, мамочка, я буду смотреть в оба. – Сказала я состроив виноватую мордочку. – Только давай без наставлений, Марк.

Ты журналист или кто? Знаешь, пока не начнешь дышать своей работой, как воздухом, никогда не поднимешься выше офисного задопротиралы.

– Так то у меня в отличии от тебя своя постоянная колонка. – Насупился он.

– Ох, дружище. Ты же понимаешь что ее спихнули на тебя просто потому что кто-то должен вливать в уши читателем все это рекламное гуано? Неужели тебе никогда не хотелось, чтобы твой материал что-то значил? Чтобы принес пользу или что-то изменил? Да черт побери, чтобы его читали не только в туалете и то потому что все другое уже закончилось?!

– Луна, я не знаю что ты задумала, но вижу что ничего хорошего из этого не выйдет.

– И что? Мне выйти из машины?

– Нет конечно! – Всплеснул руками Марк и сложив их на груди, добавил, напряженно уставившись перед собой. – Я же знаю, что ты все равно в это вляпаешься. Так пусть рядом будет хоть кто-то кому не все равно.

Оглушительные биты сбивали с ног еще в грузовом лифте, поднимавшем меня на третий этаж старого промышленного здания, в котором располагался лофт Макса Вульфа.

Я нервно поправила ворот куртки с приделанной к нему камерой и замерла, одернув себя. Нужно прекращать это – если часто буду мусолить воротник, кто-то может что-то заподозрить.

И все же проще подумать, чем сделать.

Связь с Марком, оставшемся в машине с моим ноутбуком и флэшкой-приемником сигнала, была односторонней. Он видел и слышал то, что происходит вокруг меня, а я не могла передать ему что-то или направить.

Оставалось только искренне надеяться на то, что он выполнит мой приказ не вмешиваться, пока я не скажу условленную кодовую фразу.

“Уже поздно, мне пора домой”

Едва двери разъехались в стороны, приглушенная темнота апартаментов, прореженная лазерными бликами, дохнула на меня смесью дорогих парфюмов и сигаретного дыма. Здесь танцевали, выпивали, смеялись и болтали, перекрикивая оглушительную музыку несколько десятков человек.