Мой лучший друг – скелет

– Как знаешь. Лир никогда не берет того, что человек не хочет отдавать. Если бы кто-то из детей был против уснуть в домашней атмосфере на руках любящей матери – поверь, они бы и не стали. Твоя девочка не исключение.

Мы оба обернулись к Каэр. Та уже достроила домики и теперь играла в куклы камушками. У нее неплохо получалось изображать любящую семью.

– Ты можешь рассказать мне, что с ней произошло в реальной жизни? Может, тогда бы я смог понять, что мне сделать, чтобы она захотела вернуться.

– Я не буду говорить того, чего она не хотела бы тебе рассказать, – Энгус отвернулся.

 – Однако из того, что ты о ней уже знаешь, мог бы и сам догадаться.

Я кивнул, задумавшись. Если капсула каждого человека – отображенье его идеального мира, то мне многое было понятно с самого начала. Город, в котором нет замков – ходи куда хочешь.

«Ей часто что-то запрещали? А может, даже где-нибудь запирали?»

Сколько угодно свежей еды в холодильниках. Отсутствие видимых границ, куча детских площадок и кафе. Одно огромное поле для игр, где каждая квартира – твой дом.

«То, что она поддалась Гести и ее цветам – тоже хороший показатель. Девочке нужен уют и собственный дом».

– Это все хорошо, – сказал я наконец, – но что с теми монстрами? Откуда они взялись и почему на нас нападали?

– Спустя какое-то время человеку становится скучно в даже самом приятном месте, – Энгус покачал головой. – Те монстры, что вы встретили, у каждого свои. Это остаток плохих воспоминаний и ожидание опасности. Человек неосознанно ждет их – и они приходят.

Ты видел руки той женщины? Они были покрыты цветами, растущими прямо из ее кожи. Наверняка не самое приятное чувство, но оно было ей необходимо, чтобы чувствовать себя живой.

– Какая-то несуразица, – я откинулся на спину, заложив руки за головой.

– Гести знала, что если она расслабится, то исчезнет. Ее мир вполне способствовал этому. Поэтому постоянная боль в руках – то, что мешало ей до конца уйти в забвение.

– Но зачем ей нужно было тут оставаться?

– Разве она не говорила? – Энгус удивленно посмотрел на меня.

 – Она хотела подарить любящий дом стольким детям, скольким сможет. Это был ее смысл жизни.

«А ты отнял его».

Он не договорил, но я понял мысль. Вспомнив, как хотел убить ту женщину, я почувствовал себя паршиво и решил сменить тему.

– У этого места есть еще подобные тебе? Проводники? Или какой-нибудь хозяин?

– Нет, – Энгус вновь начал прыгать, – ну, если не считать тех людей, что помогают мне.