Я женщина

Давно он так искренне не радовался. Вскоре они поделились радостной новостью с родителями, предварительно пригласив их на семейный обед.

– Давно мы так не собирались, – начала его мама. – Наверно, у вас есть новость? Как-то заговорщицки вы переглядываетесь весь вечер!

– И правда, – подхватил отец Марии. – Уже чай подали – и все молчите и как-то странно улыбаетесь. Что случилось? Рассказывайте!

– Я стану отцом! – сказал Глеб.

– А я – мамой! Мы станем родителями – он так хотел сказать. Это наш общий ребенок, Глеб! Ничего поручить нельзя!

– Ну не ругайся на него.

– Так какой тут чай! Несите вино! – засмеялся ее отец. – И тебе, Маш, я думаю, немного можно. А то сидишь целый вечер как неродная – не ешь, ни пьешь.

– Да я на еду смотреть не могу – с утра еще этими ароматами надышалась, пока готовила. Токсикоз жуткий – Глеб не даст соврать – почти ничего не ем. А вот бокал вина выпью – Глеб, налей-ка мне.

– Да, выпьем за будущего члена семьи Гацко! – отец Глеба поднял вверх рюмку водки. – Пацана или девчонку – вы, кстати, кого больше хотите?

– Мне без разницы, – главное, чтоб все нормально прошло, – ответил Глеб.

Они также еще раз помянули мать Марии – она умерла три года назад от инфаркта.

– Она очень радуется за тебя, дочка. Смотрит сейчас на нас сверху – и радуется. – Отец Марии смахнул слезу. – Жаль, что при жизни не довелось стать бабушкой.

Мария села рядом с отцом и обняла его.

– Папа, не плачь.

– Она очень счастлива за тебя, Машутка! Я уверен. Знаю, как ты хотела ребенка. А Глеба она, я уверен, увидела бы и полюбила бы как сына. По крайней мере, мне он сразу как-то понравился – думаю, настоящий мужик…

Вечер закончился грустными воспоминаниями – родители немного всплакнули, Мария и сама чуть не разрыдалась навзрыд. Глеб же грустил молча, не проронив не слезинки, как и полагается настоящему мужчине. Только в конце сказал:

– Никогда бы не подумал, что так обрадуюсь этой новости о ребенке.

– Но она изменится к лучшему, – продолжила Мария.

– Это точно. – Он обнял жену. – Пошли проводим гостей.

Александра

Александра практически перестала общаться с дочерью после того скандала. Василиса иногда приходила поздно, но не позднее двенадцати – таков был уговор с отцом.