Крах Марса

Появился особый настрой, как у детишек с широко распахнутыми доверчивыми глазами, ждущими начала представления.

Это была планета праздник, планета Рай, даже птички ненавязчиво услаждали мой слух. Попрыгунчик решил дожидаться меня здесь, и я с ним согласился. Не смотря на приличный плотный грунт, покрытый ковром газонной ухоженной травы, идти было тяжеловато. Ноги переставлялись со значительным усилием, не соответствующем видимой картине. Я списал это на неуловимые силовые поля, вроде поля Хиггса. Стреноживание слишком шустрых посетителей хитрыми охранными системами.

Вокруг не угадывалось никаких представителей животного мира, кроме трелей райских птичек. Я вышел к космодрому и по грудь в растительности минут пять разглядывал чужие истребители, хаотично припаркованных на обширном поле. Вокруг красивой и мощной техники можно было видеть странных существ, неторопливо переползающих от места к месту. Это были вполне себе первобытные животные типа ленивцев, я ещё больше убедился в своём сравнении, когда обернувшись на шум за спиной, увидел одного из них, ловко передвигавшегося по древовидным розам и кормившегося непонятно чем, что он внимательно высматривал в ветвях.

И вот эти парни нас едва не поджарили? Это были покрытые шерстью «обезьяны», без всяких видимых следов одежды или снаряжения. Ну может это хотя бы обслуживающий персонал? Но откуда-то, в ответ на моё недоумение, у меня в мозгу всплыла информация о представителях древней цивилизации звездолётчиков, обитавших в плотном симбиозе с розами и надолго пережившими собственную культуру.

Я поблагодарил за ненавязчивую подсказку хозяев планеты и понял, что моё инкогнито существовало только в моём воображении. Я больше не скрываясь стал пересекать лётное поле, не вызывая ничьего внимания или удивления. Идти было также сложно, как будто-то по колено в песке, но я упорно продвигался к отрогу горы, в котором угадывался широкий порт с серебристыми гигантским раздвижными воротами, для укрытия чудесных звёздных истребителей.

И вдруг мир вздрогнул, как будто я мигнул, и я сам чуть подпрыгнул от неожиданной перемены. Я был в совершенно другом мире и в то же время на том же самом месте. Над головой беспощадно пылал белый диск Проциона, выжигая своими лучами бесплодную жёлтую песчаную пустыню вокруг меня.