Возлюби врага своего

Может быть, вы сможете посодействовать? Нам нужна машина, идущая в Берлин.

– Герр капитан, в Бранденбурге прямо в центре есть масса неплохих кабаков, и вам не стоит ехать в Берлин, чтобы выпить шнапса и пива. Девчонок и у нас вполне хватает.

– Нет, герр обер – фельдфебель, все же нам больше хочется побывать в Берлине. Вы понимаете, что восточный фронт, это не прогулка по Вердер – парку и набережным Шпреи?

Обер – фельдфебель с сочувствием взглянул на нас с капитаном и, подняв жезл, остановил офицерский легковой «Опель».

В салоне «Опеля» сидел молодой лейтенант. По всей вероятности, это был ординарец какого— то офицера или просто штабной связист—порученец.

– Герр лейтенант, вы в Берлин? – спросил краснолицый обер – фельдфебель, склоняясь к открытому офицером окну.

– Да, а что вас интересует? – удивленно спросил тот.

– Возьмите вот этих бравых парней до Берлина. Они завтра убывают завтра на восточный фронт, и просто хотели немного расслабиться.

– О, нет проблем! У меня два места свободных, пускай садятся в машину.

В компании и время летит незаметно. Мне интересно узнать, как там обстоят дела на фронте?

Мы с капитаном сели на заднее сиденье в предчувствии необыкновенного приключения. Лейтенант в пол— оборота повернулся к нам, и по его шевронам на рукаве было заметно, что он всю свою жизнь прослужил в тылу и ни на каких фронтах не был.

– Я герр капитан, тоже хотел попасть на фронт. Мечтал даже получить «Железный крест», чтобы мой отец и мать гордились мной. Да вот проклятый крипторхизм меня замучил.

Я, господин капитан, признан негодным ни к боевой, ни строевой службе. Приходится вот бумажки всякие развозить, да генералу Монке готовить кофе и подавать утреннюю прессу.

– Это что за болезнь такая? – спросил капитан, закуривая.

– О, это страшная болезнь! Одно яйцо надувается от образовавшейся в нем воды и становится в десять раз больше нормального.

– Мне бы такие яйца! – сказал я.– Я бы всех фройляйн перетрахал!

– Нет, студент, с такими яйцами ты был бы негоден к подвигам ни на постельном фронте, ни в бою.

С такими яйцами, ты бы сидел дома и даже на улицу не высовывался.

– Я, герр капитан, не понимаю. Мне, чтобы понять, нужно было бы заболеть. А так я совсем не вижу, почему с таким недугом нельзя воевать!?

– А ты, Кристиан, представь себе, что ты пошел в рукопашную на «Иванов», имея такие яйца! А «Иван» тебе по ним ногой, как по футбольному мячу стукнул, или какая пуля пролетела между ног.