Почти правда. Узелки

– Из семьи рабочих – тоже хорошо. Окончишь военное училище, получишь лейтенанта – и в гарнизон на окраине нашей необъятной Родины.

– Давай за родителей, – Николай снова налил в рюмку.

Сопротивляться не было сил. Сергей выпил залпом.

– Ты, наверно, любишь свою семью, – продолжал Николай, – я тоже люблю свою семью. После гибели отца я отвечаю за Лену, она моя семья. Мама живет в Москве, мы редко видимся, и к тому же они с Леной не очень ладят. Пока у вас еще не очень серьезно, тебе надо уйти. У нее будет совсем другая жизнь.

Это прозвучало как приговор. Никаких возражений и обсуждений не предполагалось. В голове зашумело, клонило в сон.

Сергей проснулся на диване от солнца, назойливо гладившего его лицо. Он с трудом вспоминал вчерашний разговор. На стуле висела чистая и выглаженная рубашка и брюки.

– Проснулся, боец? Умывайся и иди завтракать, – как с «добрым утром» сказал Николай.

Завтракали молча. Николай предусмотрительно нарезал соленые огурцы и достал из холодильника холодный квас. Провожая до дверей, Николай сказал:

– Зайдешь сейчас в медпункт у себя в училище, получишь освобождение на неделю и уезжай к родителям на поправку. Я договорился с кем надо.

Сергей оглянулся.

– Лена уехала в Москву, – перехватил взгляд Николай.

«И этот читает мои мысли, – мелькнуло в голове у Сергея, – хотя я и сам не могу их прочитать».

В училище, в медпункте, Сергею действительно без вопросов дали освобождение от занятий на две недели, и он уехал к родителям. Пробыв у родителей неделю, он вернулся обратно.

Земля уходила у него из-под ног, он хотел бежать, бежать куда угодно: от всех, от себя – главное, чтобы к ней. Сергей знал, что Лена в Москве и не может с ним связаться – это была пытка. Он каждый вечер бродил возле ее дома с каким-то тупым упорством обреченного.

– Ну что, Ромео, меня ждешь? – услышал Сергей знакомый голос. – Слушай и запоминай, – сказал Николай и продиктовал номер телефона. – Если запомнишь, позвонишь. Один раз.

Сергей запомнил. Он не мог ждать троллейбус, ему надо было идти, бежать на переговорный пункт, повторяя про себя заветные цифры.

Казалось, прошел один миг, как он оказался на переговорном пункте.