Ищу пропажу с нежным сердцем!

На дачах они регулярно устраивали вечеринки. Двое обзавелись молоденькими жёнами, третий – близкой подругой. И под вечер первого мая молодёжная компания по заведённой традиции собралась на травке у Тарановых. Выпивали, жарили шашлыки, болтали о пустяках…

Гордей мысленно представил посёлок Чунжино, раскинувшийся на восточной окраине города, ряды деревянных домов, выстроившихся вдоль реки Чусовой, щедрую, мягкую и прохладную зелень огородов, дымку костра, аромат искусно поджаренного мясца, и украдкой проглотил завистливую слюну.

– …К ночи похолодало, и неразлучная шестёрка перебралась под крышу, – раскручивал меж тем цепочку событий недавнего прошлого Иван Иванович. -Ближе к полуночи меж супругами…, – вновь зашелестел шеф бумагами, – меж супругами Алякиными происходит размолвка. Надежда Алякина, до того заявлявшая, что уедет к некоему поклоннику издалёка, хлопает дверью, бросает сотрапезников и исчезает в ночи. Причём исчезает так, что найти её не в состоянии и поныне, спустя полтора месяца.

– Лихо, – напрягая извилины и мускулы, сдвинулся Гордей на краешек стула.

– На следующий день она нигде не объявляется, и брошенный муженёк идёт в милицию. Там ему по заведённому порядку, – умудрённо качнул головой прокурор, – ставят вопросы «в лоб»: «Когда, говоришь, пропала-то? Вчера? В больнице нет? В морге – тоже? Труп не обнаружен? Ну, парень, не паникуй! Женщина она молодая, горячая…Погуляет – и вернётся».

– Они могут, – согласно кивнул Полунин.

– Минула декада, ничего не прояснившая, – развёл руками Иван Иванович. – Таранов опять является в отдел и от него вынужденно и со скрипом принимают официальное заявление. Проводят для отвода глаз доследственную проверку в порядке статьи сто девятой Уголовно-процессуального кодекса и преспокойно, с дремлющей совестью отказывают в возбуждении уголовного дела. Нет трупа – нет поводов и оснований для принятия иного решения.

– Да уж…, – вздохнул Гордей.

– С данным отказным материалом ко мне и подошла Валентина Николаевна. Ну, вы же знаете Гурышеву – она лучше породистой ищейки или трупоискателя криминал чует, – характерно сморщил нос шеф, неосознанно демонстрируя то, как его старший помощник по надзору за милицией вынюхала кое-что сомнительное.

– Гурышева – она такая!

– Мало того, что человек пропал, – поднял указательный палец прокурор к потолку, – так ещё и при весьма любопытных обстоятельствах.