Муха на стекле 2

Пацаны смотрели на меня нахально, с дерзкими улыбками… Впрочем, вместе с вызовом, в их глазах читалось и недоумение – чего это я, незнакомый, взрослый мужик, пристал к детям?

– Успокойся, Захар… С какого перепуга в грибок сейчас должна ударить молния? – раздался за моей спиной насмешливый голос Королькова. – Ты что, удар по голове в поединке пропустил?

Я обернулся к Вадиму, с ужасом ожидая каждую секунду ослепительную вспышку и электрический треск за спиной… Что-то в моих глазах поразило неслышно подошедшего Королькова.

– Захар, ты чего?

Но мне сейчас было не до бывшего одноклассника. Отведённое время жизни пацанам таяло, как снежок на раскалённой сковородке… Каждой клеточкой своего тела я чувствовал – вот-вот случится беда! И ничего уже исправить в этой реальности будет нельзя…

Начищенный до блеска бастард в руке вдруг подтолкнул меня к неожиданной мысли.

– Эй, пацаны! – крутанул я клинком над головой, повернувшись обратно к картёжникам.

Глаза мальчишек на другом берегу вспыхнули заинтересованным огнём…

– Кто же не хочет! – завистливо и вразнобой протянули пацаны, не сводя взглядов с поблёскивающего клинка над моей головой.

Я решительно вонзил бастард в землю и отступил к оторопевшему, лишившемуся дара речи от такого поворота событий, Королькову.

– Кто первый доплывёт, того и меч!

– А не обманешь? – недоверчиво спросил самый старший под грибком, вмиг забыв про веер игральных карт в своей руке.

– Клянусь! Слово воина, – твёрдо сказал я. – Вот, наш командир – свидетель.

Пацаны молча переглянулись… Отшвырнули карты в сторону, и стремглав бросились в пузырящуюся от дождевых капель гладь озера.

– А-а… Ты почему… Зачем?! – потрясённый моим явно ненормальным поступком, попытался озвучить своё возмущение Вадим. Вот так запросто, у всех на глазах, подарить свой испытанный, верный меч, какой-то незнакомой шпане! Это было непонятно для командира реконструкторов… И оскорбительно по отношению к, пусть и тренировочному, но, всё-таки, – оружию.

Им следовало дорожить… Его требовалось беречь, содержать в идеальном состоянии и уважать. Так всегда учил новобранцев "Дружины" Корольков. Я же сейчас посягнул на самое святое для командира. Поступил совсем не как воин…

Народ у костра притих, в полном недоумении, от этой моей странной выходки. Антон прервал песню на полуслове… И отложил гитару в сторону.