На мягких лапах между звезд

Это как попасть из провинциального маленького и зелёного городка в каменные джунгли Москвы. Все куда-то бегут, торопятся по своим делам, а ошарашенный провинциал стоит и завороженно пытается собрать мысли в кучу. Илья бывал тут, поэтому ему было проще, но отвыкнуть уже немного успел. До школы добирался минут сорок. Едва подошел к парадному входу, как его окликнули.

– Лео!

Парень оглянулся. К нему подходил дед Зева. Но какой. Подтянутый, при парадном мундире, со всеми регалиями, нашивками званий и знаками различия принадлежности рода войск.

Сейчас на рукаве мундира красовалась нашивка СБ империи.

Илюха было дернулся ему навстречу, но, увидев эту нашивку, затормозил. Как на стенку напоролся.

– В чем дело, Лео? Ты не рад меня видеть?

Илюха был, конечно, рад. И даже очень, но нашивка СБ его смущала. Одно дело обнять старого оружейного мастера, совсем другое – обниматься с действующим офицером СБ империи. Разные, знаете ли, вещи.

– Рад. Честно, очень рад. Но… – Парень замялся, не зная, как объяснить свои сомнения.

– Тебя эта нашивка насторожила, мой мальчик? – догадался дед, проследив за взглядом Ильи.

Парень смутился.

– Брось, Лео. Меня восстановили в звании. Но я всего лишь преподаватель теперь. На базе школы открылись курсы переподготовки офицеров СБ. Видимо, кто-то вспомнил о моих заслугах и специализации. Так что не обращай внимания. Я понимаю тебя. Контору не очень любят. Специфика работы сказывается, но и без этой службы тоже нельзя. Так что зря ты так напрягся.

– Я понимаю, – улыбнулся землянин. – Но хотелось бы свести свои отношения с этой службой к нулю. Неуютно чувствую себя.

– Не ты один. Но я мундир нацепил не для того, чтобы тебя шокировать. Сегодня выпуск. А так я по-старому одеваюсь. Не в моём возрасте блестеть наградами и козырять званием. Пошли. Там уже всё началось.

Зал, где проходила церемония выпуска, был полон народа. Помещение полигона было трансформировано в подобие земного плаца. Где в данный момент стояли курсанты, разбитые на шеренги курсов.

Все в новенькой флотской форме. Слева и справа от плаца возвышались трибуны, заполненные зрителями. Курсантами, которым ещё только предстояла в ближайшем будущем такая же церемония, родителями выпускников, друзьями. Народу хватало. Лицом к шеренгам курсантов, стоящих ровными рядами, находилась преподавательская трибуна. На которой в данный момент стоял Черим Балах, произносящий торжественную речь.

Зевран усадил Илюху в первом ряду.