Христианин

– Шамси, с тобой всё нормально, о чём ты думаешь? – спросила Исма своим нежным голосом, заметив, что парень погрузился в свои мысли.

– Я думаю о тебе, – автоматически ответил Алексей и тут же осёкся, попытался перевести свой ответ в формат шутки, но Исма, смутившись такому ответу, не знала, как ей выйти из этой ситуации и сказала, что вспомнила о важном деле и ей срочно надо идти.

– Ладно, увидимся на ужине? – неуверенно поинтересовался Алексей.

– Да, конечно, к этому времени я освобожусь, – произнесла Исма, затем повернулась и быстрым шагом направилась в сторону дома.

За ужином велась непринужденная беседа, Алексей слушал все разговоры, пытаясь вникнуть в суть беседы. Некоторые слова и предложения он уже мог понять, поэтому ему стало ясно, когда речь завели о нём. Он слушал, а потом попросил слово и, встав из-за стола с бокалом ананасового сока, сказал:

– Я живу в этом доме уже несколько месяцев, вы меня спасли от смерти и подарили любовь и заботу, о которой нельзя было и представить.

– Ты наш дорогой гость, мы тебе очень рады, – вклинился в его речь Абделькарим.

Алексей прервался на мгновение, а после слов Абделькарима, сделав небольшой поклон головой в его сторону в знак благодарности, продолжил:

– Я хочу быть полезен вашей семье, так как для меня сейчас нет никого ближе, чем вы. Я не знаю, чем я занимался ранее и где могу пригодиться, но уверен, что найду себя и сделаю всё от себя зависящее, чтобы не чувствовать себя иждивенцем.

– Ты не иждивенец, пожалуйста, не говори так Шамси, – сказала Исма и дотронулась ладонью до его руки после того, как закончила переводить его слова на арабский.

Алексей протянул бокал с соком вперед, и все поддержали его тост, над столом раздался звон бокалов.

Вечером, приняв душ и надев махровый халат, Алексей сидел на своей кровати и рассматривал украшения, принадлежащие женщине из семейного склепа, которые отдал ему Абделькарим.

Перед тем, как лечь в постель, он повесил его за цепочку на прикроватную лампу так, чтобы крестик находился на видном месте. Выключив свет в спальне, Алексей лежал, рассматривая распятие, освещаемое лунным светом, пробивающимся через окно.