Очищение

 – Кто там?

– Мото… циклист, – в два приема выдохнул мальчишка.

Не показалось…

– Один?

– Д… а. Да, один.

– Он вас заметил? – быстро спросил Кларенс.

– Нет… пап, он какой-то… – Том посмотрел на отца. – Ты не смейся, пап, но он какой-то… он очень страшный, пап. Остановился прямо напротив того места, где я стоял…

– Он точно вас не заметил? – допытывался майор.

– Точно, пап… Ты куда?!

– Посмотрю. – Майор двинулся к кустам, на ходу проверив автомат. – Оставайся тут. Сидите тихо. Слушай, смотри, не позволяй сестре даже двигаться.

В любого, кроме меня, тут же стреляй. В любого. Тут же. Понял?

– Понял… Не ходи, пап… – Том выглядел на самом деле напуганным. – Пап, он реально страшный, как… как…

– Как кто? – Майор остановился. Он никогда не видел сына таким. Даже вчера. Никогда.

– Ты будешь смеяться… – пробормотал мальчик.

– Как кто, Том? – тихо и настойчиво спросил майор. – Я не буду смеяться. Что бы ты ни сказал. Слово офицера.

Мальчик коротко выдохнул и взглянул прямо в глаза отцу:

– Как Сатана, пап, – сказал он тихо…

К удивлению майора, это был «Харлей».

Здоровенный, как мустанг, тюнингованный «Харлей» из черного и серого хрома. Такой же уместный здесь, как закусочная «Старбакс» или вывеска на окраине очередного маленького городка со Среднего Запада. Мотоцикл твердо стоял прямо посередине дороги, на осевой разметке.

А на нем, скрестив на груди руки и чуть откинувшись назад, на высокую, явно заказанную под размер хозяина спинку, сидел молодой мужчина в черном тонком свитере, таких же джинсах (на широком, украшенном золотом поясе висели длинный нож и большой пистолет в поблескивающей лаком деревянной кобуре) и сапогах из отлично выделанной кожи.

Кларенс видел его очень хорошо, затаившись в кустах. Это был рослый, могучий атлет, но при этом очень молодой, с красивым лицом, поразительно благородные и выразительные черты которого почти удивляли. Длинные густые черные локоны, вьющиеся на концах, перехватывала небрежная красная лента-повязка, единственное яркое пятно.

Скрестив на груди руки в черных тактических перчатках и откинувшись на спинку, человек смотрел куда-то на северо-запад, в небо.

И улыбался. Кларенс видел угол тонких бледных губ широкого рта.

А потом, едва майор подумал о его улыбке, мотоциклист повернулся к нему.

Точно в его сторону.

Большие холодные глаза, зеленовато-коричневые, как мутное плохое стекло, нашли Кларенса, словно в них были встроены тепловизоры.