Не остаться одному

И после первого, совсем уж горького отчаянья, я начал изводить себя боксом и гимнастикой. Аль Карнай даже выходил несколько раз посмеяться над своим рабом, который колотил стенку кулаками так, что на ней постепенно образовалась вмятина.

В это время он видел меня только со спины, не в лицо. Иначе, наверное, начал бы бить и за бокс тоже. А так – это его просто смешило…

– Зачем ты это делаешь? – спросил меня Кристо.

Он довольно часто разговаривал со мной, и я, сперва отмалчивавшийся, в конце концов перестал валять дурака.

– Я убегу, Кристо, – ответил я, усаживаясь у стены. – Даже если это будет первый случай. Я убегу.

Греческий мальчишка смотрел на меня печальными глазами.

Я уличный пес. Подвал, в котором я рос,

Бывал со мною часто жесток.

Учил быть первым всегда от ушей до хвоста,

И ненавидеть хозяйский свисток.

Мой первый педагог отдавал мне все, что мог, —

Он был героем уличных драк,

Он твердил, что только тот побеждает, в ком живет

Блюз бродячих собак.

Удача за нас, мы уберем их на раз!

И это, без сомнения, факт!

Нам дышится в такт,

И ускоряет наш шаг

Блюз бродячих собак.

Я не считал своих врагов, я не боялся их клыков,

Я не умел ходить с поджатым хвостом.

И из всего, что в жизни есть, ценилась верность и честь,

А все остальное – потом.

И в каждом новом бою, бою за шкуру свою,

Со мною были друзья, это факт!

Мы свято верили в то, что не забудет никто

Блюз бродячих собак.

Нас ненавидели те, кто труслив в темноте,

Они считали – мы мешаем им жить.

И лишь с учетом того, что десять против одного,

Нас в результате смогли победить.

И я дружу теперь с котом,

Я дверь не путаю с окном,

Мне доказали, что стар я для драк.

И все реже во сне теперь приходит ко мне

Блюз бродячих собак.

М. Леонидов, Н. Фоменко

Абди аль Карнай ушел рано утром, и я, открыв ему дверь и закрыв ее за ним, вновь завалился спать «до завтрака». Плюсом моего угла было то, что за день стены нагревались и даже под утро все еще щедро отдавали тепло (даже если учесть, что тут и вообще жара!).

Кажется, мне что-то снилось, но не помню – что, и, проснувшись, я увидел, что на этот раз мне принес есть не Кристо, а все та же служанка-урсачка.