Дни нашей войны, или В поисках чудовищ. Тат твам аси

– Члены правительств, выбранных этими невинными жертвами, – заметил учитель, – нередко наносили по убежищам «террористов» удары крылатыми ракетами, между делом отдавая подобные приказы после плотного обеда, сидя в кресле и потягивая виски…

– Вот и я говорю, – подхватил Люциус, – что настоящими жертвами, скорее выглядят террористы, а та же Америка – всегда была типичным агрессором… чтобы лучше понять это, достаточно вспомнить историю с агентом «Оранж». Немалая часть земли Вьетнама была отравлена этим ужасным химикатом, миллионы людей в тех местах родились потом калеками… Американцы за это даже не извинились.

Но, с другой стороны, скажем, во времена войны с Японией Америка давала шанс противнику принять поражение на не слишком унизительных для того условиях и тут уже японцы решили, что раз Америка идет на уступки, то…

– Стоп, стоп… – оборвал решившего блеснуть эрудицией Люциуса учитель, – вернемся немного назад…

– Я как раз собирался, – скромно потупившись на публику, отозвался Люциус, – в общем, если загнать маленькое животное в угол, то оно начнет кусаться и царапаться, так же и террористы, которые в сравнении с огромными паразитирующими на природе и интеллигентных людях государствами…

– Неужели ты пробовал? – с неподдельным интересом вдруг спросил учитель.

Люциус вдруг замялся.

– Всегда вы так, учитель, – с выражением упрека на лице, наконец, ответил он. – Сбиваете человека с мысли, шутите, а человек ведь старался, читал учебники, изучал дополнительную литературу…

Серая маска чуть потупилась, едва заметно пародируя известную манеру Люциуса, и я вдруг понял, что учитель под ней улыбается.

Странное дело… от этой его невидимой улыбки, вроде бы и не очень уместной, всегда становилось как-то теплее.

Люциус сел на место, ворчливо жестикулируя.

Учитель лишь махнул в его сторону рукой и надолго уставился за окно. Класс заполнила почти осязаемая тишина.

– Какая в конце концов разница кто виноват? – произнес он, наконец. – Двойственность восприятия – вечная ошибка тех в чьем сердце нет места Единству.

В пятницу вечером, наконец, вернулись родители. Мама даже обняла меня – все-таки мы не виделись почти неделю. Папа потрепал по плечу, глядя куда-то в сторону. Со зрительным контактом у него всегда были некоторые проблемы.

– Ну как вы… съездили? – спросил я, забыв о том, что держу в руке кружку со шпинатным чатни, который приготовила мама, предусмотрительно воткнув для меня широкую трубочку.