В теле бойца

Это ведь грёбаный Гроуфакс, за которым числились рекордные закупки гоблинских детей. Судя по журналу Сангиса, этот упырь скупил за год столько детей, сколько не забирали все остальные вместе взятые.

И он учитель Крама… Чёрт! И представить меня этому моральному уроду – для Крама большая честь… Может, Берсерка активировать? Более того, я уловил ту же мысль от Эльфина.

Я сам не пойму, как мне удалось не выдать своего волнения.

– Твоя фамилия Томпсон? – вдруг произнёс Гроуфакс, пристально глядя на меня.

– Да, – ответил я как можно более ровным тоном, впрочем, упустив всяческие обращения от сера и господина до банальной фамилии. Меня распирало изнутри от осознания того, кто именно сидит передо мной.

– Жизнь поистине удивительна, – произнёс он. – Я знаю вашу мать. Она хорошая женщина.

– Была, – поправил его я. – Она мертва.

– Ну да, – согласился вампир, – мертва. – Он сверлил меня взглядом, будто пытаясь увидеть, что происходить в моей голове. Ну или в пространстве сразу позади меня.

– Ума не приложу, – ответил я усилием воли выровняв дыхание.

Спустя несколько секунд он перевёл глаза на Крама.

– Вы можете продолжать работу. Я не возражаю.

Крам поклонился и поднялся из-за стола.

– Благодарю, учитель, – произнёс он, а затем повернул голову ко мне. – Идём, Эльфин.

Я, будто деревянный истукан, поднялся и механической походкой направился за вампиром.

Мы снова оказались в коридоре, миновав который вошли в тот самый кабинет с панорамным окном.

Я уселся на диван, а Крам, уставившись на меня тяжёлым взглядом, глубоко вдохнул.

– Ты солгал, – без обиняков предъявил мне Крам. – Ты солгал учителю. Ты даже представить не можешь, чем это может обернуться для всех. Говори немедленно, что тебя связывает с Фериором.

– А то что? Продашь меня на рынке, хозяин? – спросил я с ухмылкой.

– Не время для игр, – прервал меня Крам.

Глава 6. Тайны

За панорамным окном был поздний вечер. А может, и ночь. Без понятия, сколько там времени. На огромную красную луну накатывали тучи, которые тут же окрашивались багровым светом. Прямо, как я. Меня сейчас тоже начинает заполнять багровая злоба.