Цель

Вода в ячейке кипела и, судя по тому, что ее осталось меньше четверти, кипела она давно. И как я это упустил?

Ладно, горячее сырым не бывает.

Я вызвал интерфейс батареи и отключил функцию нагрева. Затем немного поразмыслив, запустил функцию заморозки и охлаждения. Не кипятком же ребёнка кормить.

Дождавшись, когда температура опуститься хотя бы до шестидесяти градусов, я вынул лапу геккончика из хранилища, затем стал искать рукоятку ножа на поясе.

Ну да, один нож я сварил, второй сломал. Как типичный русский из анекдота.

Сделать аккуратный разрез мне не удалось, но и не раскурочить мясо на части тоже получилось.

Я спрятал капсулу в куске мяса и направился к голодному ребенку.

Самка Беаров смотрела на меня. Я смотрел на неё соображая как ей объяснить, что я принес еду.

Я протянул ей кусок мяса, а она только отвернулась и сильнее затрясла щупальцами. Затем в мою сторону рванулась ее клешня затормозив в миллиметре от моего лица. Выждав мгновение, она шлепнула не острым ребром конечности мне по лбу.

Понять бы ещё что у неё в голове. А к чёрту…

Я соображал минут пять, как заставить ее поесть. В итоге откусил при ней кусок гекконятины и проглотил. Видимо, именно это и сработало, так как самка выхватила у меня из рук вареную лапу и за несколько секунд обглодала до кости.

– Еть ош, – проинформировала она меня.

Отлично.

После небольшой паузы, в течение которой самка похоже прислушивалась к себе, она в один прыжок очутилась у туши ящера и начала выгрызать из него куски.

Сырое же…

Спустя пару секунд она выплюнула часть того что успела оторвать.

– Тебе, я смотрю, сырятина тоже не нравится. – пробормотал я. – а вот целого геккона я даже не знаю, как варить.

Вернее знаю, но это будет долго.

Разделывать ящера мне не очень хотелось, особенно учитывая мой уровень бодрости и сломанную руку.

– НЕ ЕДА. – от мощного импульса меня швырнуло на землю и протащило по камням.

Это был не звук, что-то другое, и это что-то разрывало мою черепную коробку изнутри.

Надеюсь она скоро поймет, что здесь тоже нужно фильтровать мощность.

– ДАВАЙ. – повторила она с нажимом, причем с серьезным нажимом. Я потерял сознание.

Очнулся от очередного импульса, меня будто взбодрили электрическим разрядом. Сердце колотилось, а руки тряслись.